Изменить размер шрифта - +
А тот, кто уже заглянул за кладбищенскую ограду, становится менее требовательным: гробовщик снимет с нас точную мерку! Куда мы денем тогда слишком большие радости?

Они снова замолчали. Белое платье приближалось к ним из уже совсем темного сада.

 

Она вошла. Огромный сноп гибискуса был у нее в руках.

– Вот! – сказала Алиса Рабеф. – Не правда ли, они очень красивы? Но они почти не пахнут и осыпаются слишком скоро.

– Тем лучше! – сказал Л'Эстисак. – Такими они нравятся мне еще больше. Очень, очень вам благодарен.

Быстрый переход