Издалека, со стороны Плавно, приближалось речное судно. Саша не был специалистом по судам, но нашёл, что оно было похоже на самоходную баржу. На носу баржи облокотился на турель с пулемётом скучающий немец в клеёнчатом блестящем дождевике.

Вся середина баржи была занята грузом ящиков. На корме виднелась дощатая надстройка рулевого. Мерно тарахтел двигатель. Вполне мирная картина, если бы не немец с пулемётом.

Саша прикинул вес груза. Пожалуй, не меньше десятка вагонов, если на железной дороге. Только если на железной дороге охрана, дрезины патрулируют, паровоз впереди себя пустую платформу толкает, то на канале — тишь да гладь.

Саша сразу оценил важность канала. М-да, зря он сразу за шлюзы не взялся. Риска меньше, а ущерб поболе будет. Шлюз быстро не отремонтируешь, он в воде, легководолазы нужны, или канал осушать придётся. И то и другое — хлопотно и долго.

Судёнышко прошло, ворота шлюза закрылись.

Через некоторое время Саша заметил, что справа от створок уровень воды снизился. И справа же через час подошло другое судно. Оно остановилось перед шлюзом. Уровень воды стал медленно подниматься, и когда он сравнялся с обеими створками ворот, шлюз открылся, и судно пошло дальше.

М-да, слаженно система работает. И для этого телефонная связь нужна. Стало быть, ночью вполне реально заложить взрывчатку, а днём, немного в отдалении перерезать телефонные провода и рвануть. Место вполне себе глухое, подмога быстро не прибудет. Конечно, ноги уносить надо сразу. Но место для диверсии прямо-таки отличное.

У Саши даже настроение поднялось.

— Другие шлюзы такие же?

— Я на всех не бывал, — отозвался Янек. — Видел несколько, очень похожие.

— Ну всё, тогда можно в отряд идти.

— Батька, у меня вёска в восьми километрах отсюда. Разреши на побывку сходить? С родичами повидаюсь, домашнего поем, помоюсь.

— А если полиция зацапает?

— У нас полицаев в вёске сроду не было, — гордо заявил Янек.

Саша постоял, подумал немного. Вроде бы можно парня на побывку отпустить — как в увольнительную в армии.

— Ладно, сделаем так. Иди к себе в деревню, а я в отряд. Через неделю будь у старой мельницы. Я приду с группой, взрывчатку принесём.

— Я не подведу, батька, обязательно буду.

Парень ушёл, а Саша смотрел ему вслед. Временами Янек срывался на бег, видимо — не терпелось побыстрее увидеть родителей, братьев и сестёр. Семьи в белорусских деревнях были обычно большие, многодетные.

Дорогу назад Саша запомнил — это было одним из важнейших качеств диверсанта.

Он успел пройти около десяти километров, как увидел, что по грунтовке проехал трактор. Саша был готов увидеть танк, самоходное орудие, бронетранспортёр — но чтобы трактор? Обычный немецкий трактор с бульдозерным ножом-отвалом спереди. В открытой кабине немец в комбинезоне и пилотке.

Что делает трактор на грунтовке? Сашу одолело любопытство.

Трактор медленно двигался по грунтовой дороге, а метрах в ста за ним по лесу шёл Саша.

Идти пришлось недолго. Перед ним открылась широкая площадка. На месте срубленных под корень деревьев немцы выкопали глубокие траншеи, и часть из них залили бетоном. Шло пока непонятное для Саши строительство.

Собственно, стройка пока Сашу не заинтересовала. Ему был интересен трактор, как механический помощник в осуществлении диверсии. Как только он его увидел, в голове созрел план. Бульдозером можно такого наворотить! Да не с одним шлюзом.

Довольный увиденным, он отправился на базу. Пока шагал, определился с составом группы. Много людей брать не стоило: двух-трёх партизан для переноски миномётной мины, чтобы менялись по очереди, а он понесёт подрывную машинку и провода. И ещё — обязательно Рогозина с пулемётом для прикрытия акции от неожиданного нападения.