Пока ее сожитель поправлял здоровье, Катерина присела на край постели, с любовью на него глядя и думая, чем бы еще ему угодить.

— Ты полежи подольше, котик, отдохни после вчерашнего, — ласково предложила она. — Наверное, теперь запряжешься в дела?

— Да уж, Катюша, отдыхать скоро мне будет некогда, — дожевывая, отозвался Башун. — Дело предстоит денежное, можно сказать, золотая жила. Мы с тобой загребем на нем немало!

Он уже почувствовал себя вполне сносно, и ему захотелось с ней поговорить и поделиться своими мыслями.

— Тебе тоже отведена важная роль, Катюша, — сказал он ей доверительным тоном. — Ведь, по сути, у тебя будет детский приемник для нашей клиентуры.

— Мне, котик, ваш Проня все вроде объяснил, но я не совсем понимаю, — как бы размышляя, произнесла Катерина. — Для чего нужно оформлять документы на тех, кого вы поместите ко мне временно, на короткий срок?

— Новые документы нужны сиротам и бездомным по двум причинам, — словно учитель первоклашке объяснил ей Башун, — чтобы их не смогли разыскать родственники, если спохватятся, и, главное, чтобы их можно было выгодно продать. Клиенты много не отстегнут, если бумаги не будут в порядке, а без документов так вообще не возьмут.

Он немного помолчал, как бы вспоминая, что еще хотел сказать, и добавил:

— Не знаю, говорил ли об этом Проня тебе, но мне долго растолковывал. Тех, кто предназначен для наших клиентов, надо особенно хорошо обиходить. Чтобы покупателю показать «товар лицом»! Да, еще, — вспомнив, назидательно поднял он палец, — не забудь приготовить приемную для показа им нашего «товара».

— Об этом не беспокойся! Им вполне подойдет мой кабинет, — заверила его Воронцова и озабоченно произнесла: — Боюсь только, Костенька, что нам мало не будет, если все же попадемся. Уж точно светит небо в клеточку!

— Мне, может, и да, а тебе-то чего бояться? — успокоительно бросил ей Башун. — Проня же объяснил, что детей примешь как бы из милости, а отдашь по письму благотворительной организации. Этой липой и отчитаешься! Во всяком случае, — он взглянул на нее с откровенной насмешкой, — ты рискуешь не больше, чем сейчас, обжимая детдомовцев.

— Ну ты и скажешь, Костик, — обиженно надула губы Катерина. — У меня с отчетностью полный порядок — которая уж ревизия проверяла. Да и в случае чего условным сроком можно отделаться. А тут, — с сомнением покачала она головой, — похуже может обернуться!

«Что-то бабенка слишком пугается. Как бы не дала задний ход, — озабоченно подумал Костыль. — Надо срочно ее приободрить!» Для этого у него был лишь один испытанный метод и, окинув взглядом ее аппетитную дородную фигуру, он ощутил готовность к действию.

— Да что это мы все о делах да о делах, Катюша? Брось сомневаться, все будет о’кэй! — с деланной бодростью произнес он, откладывая в сторону поднос. — Не лучше ли нам поразмяться?

— Ого! А ты, вижу, уже совсем здоров, — оживилась Катерина, с вожделением глядя на простыню, встопорщившуюся у него выше колен. — Я совсем не против! Это лучше, чем заниматься пустыми разговорами.

Не теряя времени, она сбросила с себя халат, оставшись в одной сорочке, и с неестественной для ее веса и габаритов легкостью взобралась на постель, усевшись верхом на своего любовника.