* * *

Коминс надрывался. Ронин поднес его к уху: после процедуры обессмерчивания его метаболизм еще не полностью пришел в норму, в ушах отдаленно шумело, координация движений была слегка нарушена.

— Да?

— Дик! У нас недавно появились гости… — Ронин уловил в голосе Маджика некоторое замешательство, сразу его насторожившее, — что-то там у них с этими гостями прошло не совсем так. Или совсем не так?..

— Рассказывай, — сказал он, усилием воли пытаясь восстановить обычную свою ясность мысли. Получалось не очень — в мозги как будто вязкого киселя налили. Тут он вспомнил Грабера — и тот был словно заторможенный ровно до тех пор, пока не испытал боли от ожога лучевиком, — тогда он как будто внезапно проснулся. Ронин достал карандаш и, не долго раздумывая, задрал рукав и полоснул себя по левому предплечью. Уй-я!!!

— В портал сегодня нагрянули вооруженные люди, — говорил между тем Маджик. — Устроили там стрельбу и вырвались в город с оружием. Мне только успели это передать, как они объявились у нас…

Боль была сильной, но ронин сумел среагировать на нее без стонов, ограничившись горловым спазмом. В то же время эта боль и впрямь подействовала, как резкий противный звон будильника, вырывающий тебя поутру из ватной пелены сна, — кисель разом схлынул, освободив голову для какой-то новой, пронзительной ясности.

— Так, — сказал ронин. — И что?

— Дик, не знаю даже, как тебе сказать… Ну, в общем… Мои ребята их всех убили… Черт, ты гарантировал, что они будут без оружия! Ты понимаешь, что я в ответе за безопасность клана! — Маджик, кажется, пытался оправдываться.

— Всех?.. Вот и еще нам оружие! — Ронин усмехнулся чуть натянуто, наблюдая одновременно, как с волшебной быстротой зарастает на руке шрам, чувствуя, как уходит боль. Речь, без сомнения, шла о хейворках Гильдии, и было совсем неплохо, что их так сразу вывели из игры. Потом ронин нахмурился: киллеров теперь можно сбросить со счетов, но если так пойдет и дальше, то разработанный в мельчайших деталях план столкнется с серьезными затруднениями.

— Ну, не совсем всех… С ними был старик — сухой такой, патлатый, совсем древний — набор костей и метр пергамента. Его не тронули — понимаешь, мои ребята никогда не видели таких старых людей… — Маджик дал довольно точное описание человека, чье имя ставило в тупик такие могущественные организации, как СВБ. А прочие сильные мира сего перед ним трепетали просто отчаянно. Но здесь, на парии из парий приоритеты совсем не те, что в метрополии. Средняя продолжительность жизни здесь составляла тридцать пять лет, так что девяностолетний Клавдий и впрямь должен был казаться им живой мумией. Однако ронин сам был немало удивлен его личным прибытием.

— Где он сейчас?

— В жилище. Мои короеды накормили его грибочками и показывают бабам и ребятишкам. Малыша у нас два, — голос Маджика заметно потеплел, — тоже смотрят во все глаза, улыбаются — такая диковина! А как там у тебя Коготь?..

— Значит, так… — Ронин отер рукавом кровь с гладкой, без единого изъяна, кожи предплечья. Прокашлялся: всемогущий Скорпион, коварный и ядовитый в буквальном и в переносном смыслах, в качестве потехи для баб и ребятишек как-то не очень укладывался в его мозгу, даже несмотря на обретение им некой особенной ясности. Наконец ронин сказал: — Твой Коготь сейчас на лечении, к шести часам будет в норме. Плюс еще час нам на подготовку. Значит, к семи часам приведи старика в порядок и веди к спорткомплексу.