|
Я еще поломался для вида, что, мол, знать ничего не знаю, но как он сказал, что готовится захват, я тут же насторожился… Комендант сказал, что уточнит, когда планируется новый поход, и тогда меня отправит на север. Потом люди с парохода приходили. По разговорам я понял, что урки сговорились с кем-то из командиров колонии. Комендант сказал, чтобы я шел, питерские собирались выступать по первым оттепелям, но еще до того, как земля превратится в непролазную грязь. На пароходе должны были ждать весны. Я хотел сразу на пароход, думал, там еще тихо, разузнать что как, а как добрался, там уже вал насыпан, сверху частокол ставят, и народ в ватниках… Я решил, что все, пароходу хана. Рванул сюда. И здесь опоздал. Или урки решили, что ждать долго и сами выступили, или кто-то из командиров самодеятельность проявил. Я на берег вышел, а здесь уже своя каша заварилась, народ через пролив бежит, с башни пулемет долбит. До ночи отлежался и сюда пополз. Может, теперь вы мне объясните, что происходит?
— Командор пропал, майор, похоже, где-то в лесах, мы здесь, как видишь… — проговорил Андрей. — Получается, что это Константин с Руководящим Комитетом, ну не со всеми, наверное, а только с кем удалось договориться. И юристы… А на пароходе-то что творилось? — Да ничего, — припомнил разведчик, — просто много черных ватников было, я решил близко не подходить, я же видел группы, которые в лес отправлялись. Особо ничего не заметил, народ весь работал, охраны большой не было, катамаран на берег вытащили. В лес дорога уходила, я вдоль нее и пошел. Так что про пароход ничего сказать не могу. Я решил, что урки, как договаривались, сидят на месте. Ошибся… Теперь надо, наверное, на Заставу уходить. Если майор уцелела, то она, скорее всего, там. — Вовсе нет, — заметил следователь, — она с отрядом была в деревне на востоке, там дом сгорел. А оттуда можно было быстро добраться до базы байкеров. Там бойцов хватит, чтобы отсидеться. И добираться туда ближе, чем до Заставы. Я думаю, она там. Вам стоит это направление тоже проверить. Я же так понял, что сдаваться вы пока не собираетесь? — Вот еще, — фыркнул адмирал, — пусть попробуют на пушку да пару пулеметов через пролив в атаку пойти. Тут всех и положим. Ты вот что, скажи, что женщин и детей здесь оставлю, а мужиков буду на день отпускать на работу, с условием, что их будут вечером возвращать и продуктов для остальных дадут. И если хотя бы один не вернется, открою огонь. Разнесу город к едрене фене… Как думаешь, пойдут они на это? И пусть тело Командора покажут, если действительно он погиб. — Не боишься, что они согласятся? — спросил следователь. — Они же тогда в первую очередь стену на острове поставят, чтобы от вас отгородиться… — А пушка на что? Другое дело, согласятся ли они пустить столько народу в город, а потом вернуть обратно, ведь мы будем знать все, что происходит на острове, в замке и вокруг. — Пока они вас считают не более чем занозой в заднице, неприятно, но терпеть пока можно. Вот пинцет принесут из Питера, тогда всем мало не покажется… Ладно, пойду я, передам ваши предложения, — следователь встал и направился к выходу, — а вы пока порешайте, где искать союзников. Застава само собой, но туда еще добраться надо… Как ни странно, новые владельцы Замка согласились на условия Андрея, решив, наверное, отложить его уничтожение на потом. Утром на лед выходила охрана из ватников и забирала рабочих, а вечером приводила их обратно. Общаться с кем бы то ни было в городе мужикам запретили. С собой им выдавали немного провизии для остававшихся на мысу женщин и детей. Строили они укрепленные стены вокруг города, но работы было много и шла она медленно. Удалось только поставить часть стены на вершине холма, прикрыв лесопилку и выход дороги в лес. |
