— То есть мы будем всем руководить, а вы чем будете заниматься? — спросил представитель Садоводства.

— Я буду осуществлять общее руководство, одобрять или не одобрять ваши решения, брать на себя ответственность в самые важные моменты. Также я буду работать с военным советом, с учеными, заниматься исследованиями и контролировать вашу работу, собирать налоги, если понадобится. В мое отсутствие меня будет замещать один из моих представителей, адмирал или главнокомандующий. Пока предлагаю вам познакомиться друг с другом поближе, обсудить важнейшие проблемы ваших поселений и подготовить план работ на ближайшее будущее. Увидимся завтра или через пару дней, когда вы будете готовы, но прошу не затягивать.

— Получается, что пока у нас полувоенная организация? — уточнил кто-то.

— На данном этапе да, — подтвердил Командор, — и я думаю, это оправданно. Когда мы сможем спокойно развиваться, тогда подумаем о смене строя.

Командор направился к себе, но на первом этаже остановился, привлеченный шумом и смехом из большого зала, в котором по утрам занимались школьники. Рядом с дверями стоял велосипед с генератором на заднем колесе, на котором накручивал километры один из скаутов, второй на подмену сидел рядом, отдыхая. Провода от генератора тянулись в зал.

— Что происходит?

— Кино смотрим, устроили коллективный просмотр. Вчера притащили на тележке телик и проигрыватель с Пасеки. Вот студентам удалось часть дисков запустить. Правда, цвет так и не настроили. Будем раз в неделю кино крутить…

— Да, я вижу… Почетная работа киношника стала физически тяжелой… О чем фильм?

— Новый какой-то, имперские говорят, правда, что видели… «Красное солнце пустыни». Там офицер воюет с душманами, защищая гарем какого-то султана. Еще там таможенник такой, толстый, как наши в прошлом, говорит, типа, «Мне за державу обидно, пулемет я вам не дам»…

Оба скаута прыснули и заулыбались.

— А на Пасеке еще мультики нашлись, мы их тоже привезли. Детям отдельный сеанс. Правда, взрослые тоже приходили.

— Народ по зрелищам скучает… Лады, крутите дальше.

Около двери в комнату Командора, рядом с часовым, стоял, дожидаясь начальства, один из альпинистов.

— Наша группа готова. Можем уже завтра выступать на поиски объекта. Пойдут три человека от нас, двое от скинхедов и, если не передумали, вы с охраной.

— Нет, не передумал. Завтра так завтра. Как раз обещали, что катер придет, меня майор заменит.

— Так катер сегодня пришел, часа два назад. Вы делами занимались, потом Комитетом, вас, наверное, не известили.

— Нет, не успели. Тем лучше, не придется их ждать. Увидимся завтра.

Альпинист ушел, а часовой предупредительно распахнул дверь.

— Вас ждут!

— У меня в комнате? Какие все сегодня обходительные и вежливые, куда деваться…

Первое, на что упал взгляд Командора, когда он вошел, была аппетитная попка, обтянутая красным подолом длинного платья. Обладательница попки стояла, опершись локтями о стол, на одной ноге, вторая нога коленом упиралась в табурет. На висящем в воздухе кончике ноги болталась туфелька с длинным каблуком шпилькой. Рядом в чуть менее Г-образной позе стоял следователь, что-то рассматривая на столе и водя по нему руками.

— Гм… я не помешал? — спросил Командор, вешая куртку и кобуру на стену.

Следователь выпрямился, а женщина обернулась.

— О господи, майор, это вы! Не узнал, богатой будешь… По Фрейду одеваетесь?

Следователь хмыкнул, а Анна недоуменно подняла брови:

— Кто такой Фрейд?

— Да так, один психоаналитик.