— Господа и дама, — подошел к нам клерк и учтиво склонил голову, — ваш вопрос мы изучили и готовы предоставить по нему информацию.

— Говори, — махнул я рукой.

— На момент бракосочетания на счету госпожи Трайканы Иглухировой находилось сумма в семьсот тысяч гуров, сейчас две тысячи сто гуров, — сказал клерк.

— Сколько?! — в один голос воскликнули мы трое и, в обалдении, уставились на клерка.

Такие деньги очень сложно представить. Нет, с моими долгами, как бывшими, так и не погашенными за дом, еще сопоставимо, но, черт возьми, Майрат подготовил очень солидное приданое.

— Тут какая-то ошибка, — нахмурился граф Щерков. — Таких денег не тратил, не видел и не снимал. Семьсот тысяч действительно лежало на счету, но не могло остаться всего две! Необходимо разобраться!

Хм, мне вот тоже интересно: как их можно потратить за такое время. Нет, они со счета исчезли явно не за один день и даже месяц, но не понять, что ты соришь деньгами направо и налево без ограничений… Н-да, слов нет, а граф, тем временем, продолжает вещать, все больше распыляясь:

— Ваш банк не имел права пускать на самотек движение по счету! Необходимо уведомлять его владельцев о состоянии дел! Это попахивает банковскими аферами, и просто так я это не оставлю!

— Мне готовить выписки по движению денег? — печально вздохнув, спросил клерк.

— Да! И детальные! — потребовал Щерков.

Черт, а ведь разбирательство затянется и явно не на один день, а времени ни часа свободного. И как поступить? Оставить Трайку с бывшим мужем и попытаться решать дела с Вуртом? Оставлять девушку нельзя, нужно найти какой-то выход. Боюсь, что приданого деда Трайка лишилась. Предложить графу возместить хоть часть средств? Хм, но тут девушка должна принять решение, но стоит для начала послушать графа. Клерк ушел, а Сурк доволен таким поворотом. Он явно что-то задумал.

— Граф, — обратился я к обидчику девушки, — ты же признаешь, что пользовался счетом?

— Конечно, — улыбнулся тот, пожав плечами. — На содержание жены уходило много денег. Ты же видел: мы жили в особняке, который постоянно требует вложений и поддержания. А оплата слуг? Продуктов? Да многого! Там необходимо нанимать счетную контору, чтобы понять, сколько всего денег потрачено. Кстати, не факт, что я и должен что-то.

Все, линия поведения его понятна! Дальше только судебные тяжбы до скончания одной из сторон или признание ответчика банкротом. Явно по-хорошему он навстречу не пойдет. Одна надежда, что банк предоставит данные о покупках с девушкиного счета… Черт, да и там он сможет сказать, что покупал ей, допустим, платок за сто тысяч и пойди, опровергни — замучаешься.

— Трайка, — обратился я к девушке, — может не стоит претендовать на всю сумму, а… ну, скажем на половину, но здесь и сейчас.

— Ну, уж нет! — воскликнул граф, не дав той ответить. — Сначала во всем разберемся, а потом уже и поговорим! — он вальяжно расположился на диване, сложив на груди руки крестом.

Мне стоило огромных усилий, чтобы не садануть его промеж глаз и не пристрелить. Почувствовал, как мои желваки заходили, а зубы чуть не скрошил в порошок. Однако сумел сдержаться.

— Вениан, фиг с ним, пошли отсюда, — сказала Трайка и встала со своего места.