Заказав по чашечке кофе, и паре пирожных присели за столик.

— Рассказывай, — сказал Трайке, понимая, что окликнула она меня не просто так.

— Ты давно из Сурии?

— Неделю, — ответил ей, а потом продолжил: — Трактир Майрата так и стоит закрытый, на территории уже и деревца подрастают. А так там все по старому, новостей никаких, если по мелочи, да и то у нас интересы разные были и твои друзья мне неизвестны.

— Да толком и не водилось у меня друзей, — грустно улыбнулась она. — Но дело не в этом, хотя на родину меня и тянет.

— А в чем? Ты что-то знаешь о тех событиях? — напрягся я и шрамик на виске задергался, пришлось приложить указательный палец и потереть пульсирующую кожу.

— Знаю, — согласилась Трайка. — Но начну немного издалека. В один вечер меня дед позвал и сказал:

— Трай, в этом мире не так много хороших и порядочных людей. Один из них Веним. Не смотри на меня с таким ехидством. Прожил немало и повидал всякого, а уж в людях могу разбираться. Поверь, за его внешностью и поведением скрывается приличный человек, а это большая редкость в наше время.

Черт! Черт! Черт! Эх, старина Майрат, сейчас бы мне стакан засадить, да еще раз тебя помянуть. И чего мы в домашнем трактире такие разговоры ведем?

— Деда, он мне никогда не нравился. Сказала я ему тогда, но он лишь улыбнулся и продолжил:

— Трай, внученька, этот разговор не просто так затеял.

Девушка не смотрит на меня, глаза опустила и чувствуется, то слова даются с трудом.

— Дед на меня строго посмотрел, но ругаться не стал, а сказал:

— Если что-то со мной случится, то Веним всегда тебе поможет, поверь мне и пообещай, что обратишься к нему в случае нужды.

— Он предчувствовал? За какое время до его гибели состоялся этот разговор? — перебил я повествование девушки.

— За несколько дней. У деда настроение менялось очень быстро, никогда его таким не видела, утром он шутил и радовался, в обед раздражался и мрачнее тучи ходил, а к вечеру улыбался, — тряхнула волосами Трай, словно прогоняя наваждение.

— Дальше, — попросил я.

— В тот день, когда его убили. Он меня вновь позвал в кабинет, хотя в зале собралось много народа и мне пришлось помогать подавальщицам. Он сидел в кресле мрачнее тучи, и о чем-то сосредоточенно размышлял, разминая в руках сигару. Табак так и крошился из под пальцев, а на столе стоял полный стакан с виски.

— Трай, когда увидишь Вениама, скажи ему, что он прав и рисунок это подтверждает. Красивый рисунок, я его выкупил, а потом похоронил там, где мы когда-то с ним стену клали.

— На тот момент, я усталая и злая на всех посетителей, хотела на деда накричать, но он потребовал, именно потребовал властным голосом, повторить все что сказал, слово в слово, а потом отпустил, но на прощанье обронил фразу, которую не поняла тогда:

— Внученька, нельзя доверять всему что блестит и сверкает.