Это был момент, когда я должна была вежливо отказаться и пойти в дом. За исключением того, что я так не сделала. Я развернулась и вошла в маленькую комнатку, которую Кейдж оккупировал в течение этой недели.

Как и всякий раз, когда я была здесь и приносила ему обед, его кровать была не заправлена. Он никогда ее не заправлял. В углу также валялась куча грязной одежды. Единственной опрятной привычкой парня было то, что каждый вечер он вешал полотенце на дверь. Я вспомнила, что когда готовила для него комнату, то оставила только одно большое полотенце и одно полотенце для лица. Неужели он до сих пор пользуется ими? Я почувствовала себя виноватой, что была такой осуждающей занудой ранее. Он усердно работал всю неделю. Он заслуживал чистого полотенца каждый вечер.

Кейдж обошел меня, так как я остановилась посреди комнаты и присел на свою незаправленную кровать. Он начал разворачивать тарелку с бутербродами будто бы не ел несколько дней. Посмотрев на часы на стене над его кроватью, я увидела, что было уже больше восьми. Прошло более шести часов с тех пор, как я приносила ему воду и кусочек лимонного пирога миссис Мейбел. Вторая волна вины за то, как я с ним обходилась, скрутила мне живот.

— Если этого недостаточно, я могу пойти и сделать еще два, — предложила я, когда он откусил большой кусок бутерброда. Он ухмыльнулся, пережевывая кусок, а затем сделал большой глоток лимонада.

— Все отлично. Спасибо. Я просто долго не ел. И лимонный пирог, который принесла мне невидимая фея ранее был тоже охер- замечательным.

Что? — Невидимая фея? — спросила я сбитая с толку.

Кейдж выглядел таким искренним.

— Ну ты знаешь, та самая фея, которая магическим образом приносит мне воду и холодные полотенца за моей спиной.

Он хочет выглядеть умным, хм. Хорошо, в эту игру мы можем сыграть вдвоем.

— Ох, та самая фея. Да, она испытывает антипатию к самоуверенным парням, которые считают, что весь мир крутиться вокруг их пальца.

Кейдж положил назад бутерброд и прищурил глаза, — Это так? Хммм… а я то надеялся, что однажды она появится и отвлечет меня от работы.

— Очень в этом сомневаюсь, — ответила я, неспособная сдержать улыбку.

— Хорошо. Значит в следующий раз, когда я захочу отдохнуть, мне придется представлять кого-то другого, а не свою сексуальную обнаженную сказочную фею.

О, мой бог, он имеет в виду…?

— Ты больной, — произнесла я сквозь нервный смех.

— Кто я? Ты послушивала у меня под дверью. Что же ты хотела там услышать, Ева? Если бы я знал, что ты придешь в ожидании какого-то шоу, то я бы приготовился получше.

Глава 7

Кейдж

Черт бы меня побрал, если ее улыбка не само совершенство. Не могу не заметить, что я хочу навсегда запомнить ее смех и удерживать его звук в своем сознании. Просто зная о том, что именно я заставляю ее улыбаться, делает все остальное вокруг неважным.

— Я просто хотела убедиться, что ты не в душе или не разговариваешь по телефону, — объяснила она.

Конечно же. Именно это она и делала, когда я стоял там в тени амбара и наблюдал, как она усердно старается услышать что-нибудь сквозь дверь. Я собрал всю свою силу воли, чтобы не разразиться смехом.

— И собиралась ли ты войти, если бы я был в душе? Ты же уже видела мою голую задницу.

Ева вновь покраснела. Она должна быть лицезрела чертовски приятную картину.

— Мне нужно вернуться в дом, — сказала она и начала идти к двери.

— Пожалуйста, не уходи. Я больше не буду тебя дразнить, я обещаю. — Я хотел, чтобы она осталась. Я хотел узнать ее, я хотел, чтобы она достаточно мне доверяла и могла рассказать правду о том кольце на ее пальце.