Что бы она стала делать, когда он родился бы? Преподнесла бы в подарочной упаковке? Вот, мол, Дамиан, твой сын?
Дамиан пожал плечами.
– Не знаю. Может быть, она рассчитывала уехать куда-нибудь на время или еще что-нибудь придумала бы. Она вообще была очень изобретательна, особенно если это сулило ей какую-нибудь выгоду.
– А эта Айви… – Лукас прищурился. – Она что за женщина?
Восхитительная женщина, подумал Дамиан. Высокая и гибкая, как тигрица; с глазами, зелеными как весенняя трава, с блестящими, как золото, волосами…
– Довольно привлекательная.
– Я не это имел в виду. Мне интересно, что вообще представляют собой такие женщины, которые могли бы согласиться на подобную сделку.
Дамиан поднес стакан к своим губам.
– Еще один хороший вопрос.
– Ты сказал, она модель. Значит, она должна хорошо выглядеть.
– Разумеется.
– Ее тело – это ее хлеб с маслом. Зачем ей эта беременность?
– Я не знаю…
– Зато я знаю. Для денег, Дамиан. Ты – это большая удача. Она хочет заработать на тебе.
– Я предложил ей десять миллионов за ребенка. Она отказалась…
– Десять миллионов, – хмыкнул Лукас, – это малая часть того, чего ты стоишь. Я могу поклясться чем угодно, эта леди высчитала твое состояние до последнего пенни. – Он поднял свой стакан, в котором уже ничего не осталось, и подал знак, чтобы налили еще. – Она красива и умна. Такая идея…
– Нет. Это была идея Кей.
– Ты только подумай, Дамиан! Она знала, что твоя возлюбленная не может родить ребенка, и она вбила той в голову…
– Хватит называть Кей моей возлюбленной! – неожиданно резко оборвал его Дамиан. – Я имею в виду, что физически, конечно, мы были близки. Но это была короткая связь. Я собирался порвать с ней.
– Да. – Лукас молча подождал, пока бармен наполнил его стакан. Затем наклонился через стол. – Айви была в курсе всего. Она узнала, как ты повел себя, когда ее сестра притворилась беременной. – И, откинувшись на спинку стула, с мрачной уверенностью произнес: – Я уверен, что весь этот план был ее идеей.
– Айви?
– Ну конечно. Она увидела, как можно добраться до больших денег. Она выносит ребенка. Ты сначала ничего не будешь знать об этом, но, когда он родится, ты, как и тогда, поступишь, что называется, правильно. Ты примешь его в свою жизнь и заплатишь ей столько, сколько она попросит. Миллиарды, а не какие-то там несколько миллионов! И она, и Кей могли бы всю жизнь жить в свое удовольствие.
Дамиан провел пальцем по холодному краю стакана.
– Похоже на то, – сказал он, – что это действительно могло бы сработать. Отличный план. – Его немигающий взгляд был так же холоден, как и его голос. – Конечно же, я не поверил ее словам, будто бы она сделала это из любви к сестре, но ничего другого мне просто не приходило в голову, особенно после того, как она отказалась от Денег.
– Ну а сейчас что ты собираешься делать? Что ты вообще сказал ей?
Дамиан пожал плечами.
– Я сказал ей, что возьму ее с собой в Грецию. И не возмущайся. Я знаю, что делаю.
Я знаю, что делаю.
Эта фраза преследовала его до конца дня. В середине ночи, беспокойно проворочавшись с боку на бок, Дамиан наконец вылез из постели, приготовил себе кофе и вышел на террасу.
Действительно ли он знал, что делал? У него были любовницы, но он никогда не жил вместе с ними. И сейчас не собирается этого делать. |