— Прекрати, — потребовала она, не в силах сдерживать себя в руках. — Почему ты решил, уничтожить эту красивую картину?

Чарльз рассмеялся.

— Не волнуйтесь. Я не причиню ей никакого вреда. Эта жидкость очищает только от очень тонкого слоя краски.

— Насколько тонкого?

— Настолько тонкого, что ты даже с помощью микроскопа едва ли заметишь результат, — сказал Чарльз. — Когда ты использовала увеличительное стекло, ты только думала об увиденном, и о том как изменилась картина из-за разбрызганной жидкости, поэтому и забеспокоилась о мальчике с девочкой изображенной на ней, — подмигнув ей, он передвинул картину к другому столу.

От замешательства Айрис покраснела.

— Тогда в чем смысл от этой жидкости и соскребаний? — спросила она.

— А смысл вот в чем, — он подал ей знак следовать за ним, осторожно вытащил картину из рамы и разложил ее поверх коробки на третьем столе. Он щелкнул по кнопке, и коробка засветились белым светом освещая картину. — Теперь посмотри на нее еще раз. — произнес Чарльз.

Вытянув шею, Айрис внимательно осматривала очень ярко освещенную картину. Из-за света все цвета бросались в глаза, ослабляя различные оттенки.

— Зачем нам нужен свет? — заявила она, недовольная тем, как выглядит картина.

— Он непременно нужен нам. Просто посмотри. Что ты видишь? — усмешка снова появилась на его лице.

Протерев глаза, чтобы лучше видеть, Айрис стояла, словно громом пораженная. С открытым ртом, она не издавала ни звука. При том что, она наконец-то увидела, что мальчик и девочка вдвоем не смотрят на источник. На самом деле, парень смотрел на девушку. Ее красота заворожила его, и от любви к ней он сходил с ума. Художник до подробностей подметил все чувства исходящие от парня. Эта картина, даже лучше чем та, которую она рассматривала раньше. Кроме того, парень был не так уж и красив. Его глаза пылали страстью, но при этом сам он был не красавец, каким она видела его раньше. Мальчик просто был чудовищем.

— Ну что ж, ты все еще считаешь, что они вдвоем смотрят на источник? — спросил ее отец, и она еще на долго впала в ступор. Нет не от вопроса. Это была какая-то церемония с применением магии.

— Но как такое возможно? — удивилась Айрис. — Я уверена, что видела, как они оба смотрят на источник. Это что магия?

— Значит, ты веришь в магию? — удивленно приподнял бровь отец.

— Я очень хочу верить, но в школе говорят, что ее не существует.

— Сколько раз я должен повторять тебе, чтобы ты забыла то, чему обучает вас Совет и Чудовища? — пробормотал Чарльз. — Если ты веришь в магию, то и верь в нее. Во всяком случае, ведь ты же сама видела, как парень с девушкой смотрели друг на друга, — он немного наклонил картину, так чтобы теперь свет падал под другим углом.

В тот незабываемый момент, Айрис впервые в жизни увидела, что на самом деле означает Пентименто. Изменилось то, какими она видела вещи, как воспринимала их. Тогда Айрис на одной картине смогла увидеть две. Старую, на которой парень, словно чудовище, смотрел на девушку, и новую роспись — где они вдвоем смотрели вперед на источник Любви. Без осветительного прибора, папиной жидкости, и соскребаний, не представлялось бы возможным, увидеть одну картину под другой.

— Невероятно, — Айрис еле сдерживала себя от пронзительного крика.

— Изначально, художник задумал нарисовать парня с чудовищным взглядом в сторону девушки, — объяснил Чарльз, глядя на картину. — По мере продвижения работы, он передумал, решив изобразить все с другой точки зрения.