Когда Фэй наконец закончила приводить себя в порядок, она снова подошла к окну и увидела: ураган заметно поутих. Для нее это означало только одно: совсем скоро ей удастся избавиться от Чейза. Удивительно, но эта мысль почему-то не принесла ей ни малейшего удовлетворения. Напротив, Фэй ощутила какое-то странное разочарование.

Ей вдруг стало невыносимо одиноко, она снова вспомнила голоса братьев, которые слышала во время грозы. Она по-прежнему не понимала, что с ней тогда произошло, но ей хотелось снова хотя бы ненадолго услышать их, почувствовать связь с родными ей людьми.

Фэй вышла из ванной и, увидев Чейза, отдыхающего в кресле, стоящем рядом с ее кроватью, ощутила, как по ее телу разливается тепло. Его поза была очень естественной. Казалось, он сидит так уже много часов и почти заснул. Фэй замерла.

Хм… Как-то непривычно и в то же время приятно видеть его сидящим в моей комнате, в моем любимом кресле.

Год назад она была бы вне себя от радости, если…

Чейз встал.

— Все в порядке? — спросил он.

Фэй почувствовала, как обида комком подступает к ее горлу.

Нет, ничего не в порядке! И уже очень давно! И, скорее всего, никогда в порядке не будет!

Внимание Чейза, его вопрос, его присутствие в ее доме только усилили это чувство безнадежности.

Фэй понимала: она слишком болезненно реагирует на слова Чейза. Усталость, тяжесть пережитых эмоций и чувство вины слились воедино и сделали ее злой и раздражительной.

Если бы он ушел, она бы чем-нибудь быстренько поужинала и пораньше легла спать.

— Да, все в порядке, — больше не в силах скрывать свое негодование, выдавила Фэй.

Какое-то время Чейз пристально смотрел ей в глаза, потом перевел взгляд на ее голову и принялся разглядывать шишку, как будто в ней хотел найти причину ее плохого настроения, затем опустил глаза на ее исцарапанное плечо, взглянул на талию и грудь. Она покраснела. Собственная реакция на внимание Чейза только еще больше ее разозлила.

— Я не собираюсь в город, — прошипела Фэй.

Он многозначительно кивнул.

— То есть хочешь сказать, ты хорошо себя чувствуешь, у тебя много сил и ты вполне можешь обойтись без больницы, да?

— Именно так.

Она прошлась по комнате, вышла в коридор и направилась к лестнице, изо всех сил стараясь двигаться плавно, но как она ни старалась, дрожь в коленях и ноющая боль делали ее походку шаткой и неуверенной. Она все же радовалась тому, что по меньшей мере может идти, и тому, что природа наградила ее выносливостью.

— Да, вполне вероятно, твоя сила пригодится тебе для осуществления твоего грандиозного плана, — прокомментировал за ее спиной Чейз, и Фэй, не отдавая себе в этом отчета, попалась на его удочку.

— О чем ты говоришь? Какого еще плана?

— Ну, ты же мечтаешь загнать себя в могилу.

Его резкие слова заставили ее потерять равновесие и споткнуться. Она схватилась за стену. Внезапный приступ боли сковал ее мышцы, но, прежде чем она упала, Чейз успел поддержать ее за талию.

— Черт возьми, Фэй, по-моему, тебе очень больно!

Конечно же, больно!

У нее на глазах выступили слезы, она закусила губу и теперь ждала, пока боль немного поутихнет. Когда ей стало заметно легче и ее щеки порозовели, Чейз насмешливо произнес:

— Уж не знаю, хорошо это для тебя или нет, но когда пытаешься загнать себя в могилу, самое неприятное, с чем приходится сталкиваться, — это боль. Вот для того, чтобы ее терпеть, тебе и понадобится сила.

Фэй озадаченно хмыкнула.

— Я не пытаюсь загнать себя… в могилу…

— Рад слышать, ты ведь еще такая молодая и вообще… думаю, твоим братьям это бы не понравилось.