Через неделю-две ты умотаешь в свою Швецию, а я буду расхлебывать заваренную кашу. Мне предстоит очень долгий путь до твоего Стокгольма. Очень опасный и тернистый. Пока ты под рукой, делай, что я тебе говорю.

– И что мне делать?

– Вот тебе ключи от твоей машины. Она стоит у входа. Садись и езжай на свою квартиру. Запрись и не высовывайся. А мне дай ключи от квартиры Вяткина.

Сестры обменялись ключами. Тая видела, как у Ольги трясутся руки.

– Спокойно, девочка, спокойно. Все будет хорошо. С такими нервами не берутся за миллионные аферы. Смотри на меня. Я же спокойна.

– Ладно. Я поехала.

Тая наблюдала в окно, как сестра села в машину и умчалась. Она встала и направилась в туалет. Вошла в него блондинка в джинсовом костюме, а вышла темная шатенка в элегантном костюме.

Девушка вышла на улицу и остановила машину. Двум претендентам, попытавшимся оказать ей водительские услуги, было отказано. На отечественных машинах дама не ездила. БМВ седьмой серии ее устроил. Но прежде чем сесть, она поинтересовалась у владельца машины, может ли он уделить ей полтора часа времени. Молодой человек согласился посвятить ей весь вечер, на что она кокетливо улыбнулась.

Девушке, назвавшейся Ингой, надо было заехать по двум адресам, где ее придется немного подождать, после чего она в принципе свободна.

До Патриарших прудов они добрались за десять минут, заехали во двор, и Инга сказала, что дела займут не более десяти-пятнадцати минут.

Тая зашла в подъезд и поднялась наверх. Квартиру она открыла своими ключами.

Евдоким встретил ее с радостью. Инга вернулась раньше, чем обещала.

– Ты заезжала к себе домой?

– Пришлось.

– Я вижу, ты переоделась. Что за кошмарная у тебя сумка. Ты привезла вещи? Я куплю тебе новую, из чистой лайки.

Он суетился вокруг нее, как шавка, которой показали кусок колбасы.

Боже, как же он страшен. И как Ольга смогла лечь с ним в одну постель.

Рвотный порошок. Незавидная доля у сестры-шлюхи, зарабатывающей деньги, испытывая омерзение. Понятно, почему ей так хочется свободы и независимости.

Тая закурила сигарету и ушла на балкон. Она не знала планировку квартиры и думала, что идет в спальню или столовую, но оказалось в зимнем саду. Тут даже птички летали. Правда, видела она все сквозь темные линзы и всю прелесть красок оценить не могла.

Влюбленный хозяин объявился, не заставляя себя ждать. Он сверкал слащавой улыбкой и дурачился.

– Лапуля, я так настроился на морские волны, что не могу терпеть. Когда же ты закончишь свои дела? Бархатный сезон промчится незаметно.

– Я их уже закончила. – Тая отстранилась, сняв его руку со своей талии, сделала два шага назад, и в ее руках появился никелированный револьвер. – С тобой уже все кончено.

Выстрел прозвучал тихо, словно что-то упало с полки. Пуля угодила Вяткину в сердце, и он умер мгновенно, не успев понять, что произошло.

Она взглянула на труп и проверила пульс. Сомнений не оставалось – Вяткин мертв.

Тая открыла окна на балконе, взяла свою сумку, бросила в нее пистолет и надела белые перчатки. Подойдя к двери, она глянула в глазок. Никого. Покинув квартиру и заперев ее на ключ, она спустилась вниз и вышла во двор.

На детской площадке гуляла женщина с собакой. Вряд ли ее стоит считать свидетельницей.

Мимолетный взгляд редко оседает в памяти.

Тая села в ожидающую ее машину и уехала.

Парень тешил себя надеждой провести вечер с хорошенькой девушкой. Помимо машины у него и квартира имелась, и джакузи, и широкая постель.

Тая продолжала кокетничать. На Садовом кольце, близ Смоленской площади, она попросила остановиться у подъезда восьмиэтажного дома.

– Придется вам подождать меня еще минут пятнадцать.