2

Это было на следующий день после полета в Ураван. Большая буря отступила, но все еще дул сильный и холодный ветер. Джонни в ужасе разглядывал глубокий каньон. Что‑то произошло. Внизу, у самой воды, зависла летающая платформа. На платформе стояли Даннелдин и черноволосый бородач Эндрю. Они пытались поднять и установить лестницу, которая почти на треть ушла под лед. Другой конец лестницы лежал на противоположном берегу. Парни, подцепив сухой конец петлей троса, пытались приподнять лестницу с платформы и перетащить на свой берег. Лестница обледенела, трос то и дело срывался, платформа перегружалась непомерно. Джонни догадался: умные шотландцы изо всех сил старались создать видимость напряженной работы в ожидании разведдрона, который должен был появиться с минуты на минуту. Остальные возились на вершине, разматывая спутанные бураном веревки и стропы. Джонни возвращался на небольшом пассажирском самолете, придумывая новый способ добычи золота. Второго пилота с ним не было. Зато напросился доктор Мак‑Дермотт, сказав, что собирается писать сагу о шторме в горах. Старый шотландец, тщедушный, болезненного вида, он читал лекции по истории, просвещая парней, но совершенно не годился для физической работы. Джонни уже давно пользовался местной радиосвязью. Передатчик на платформе был включен. — Эндрю, сбрось тормозную катушку, — взволнованно говорил Даннелдин. — Мотор перегревается. — Не выходит, не отсоединяется. Примерзло все! — Отсоедини петлю от лестницы. — Да никак же! Говорю тебе, лестница тоже обледенела. В наушнике слышался рев перегруженного двигателя. Джонни все понял: им не удалось освободить платформу, а упасть в клокочущую ледяную воду — подобно смерти. Перегревшийся мотор мог взорваться в любую минуту. У таких платформ был примитивный контрольный щиток, обычно закрытый прозрачным навесом. Люди этим навесом не пользовались, и сейчас Даннелдин, пошатываясь под напором ветра, стоял в центре платформы. Его обдавало брызгами, панель стала скользкой. Разведдрон вот‑вот появится. Он должен сфотографировать напряженную деятельность, а не катастрофу. Джонни услышал отдаленный рокот его двигателей. Надо успеть поднять тех двоих… — Доктор Мак, — крикнул он в хвост самолета, — приготовьтесь!… Вам предстоит стать героем! — О, господи! — только и вымолвил старый историк. — Откройте боковую дверь и опустите вниз два свободных конца! Проверьте, чтобы они были хорошо закреплены. Тот начал суетиться. — Держитесь! — крикнул Джонни и камнем пустил машину в ревущее от ветра ущелье. У бедного старика чуть не выпрыгнул желудок. От стремительного мелькания бело‑бурых скал его укачивало. Джонни включил рацию. — Даннелдин, кончай с этим! Все! Сверху все больше наваливался мощный звук сверхскоростной машины. Даннелдин с багровым от напряжения лицом вскинул голову. Было понятно, что парень делает это специально для разведдрона, изображая Джонни. От летающей платформы струился дымок. Скованная льдом река нашла выход своей мощи и выбросила через прорубь гейзер. Эндрю бил кувалдой по застрявшей лебедке. Потом отбросил кувалду и попытался открыть бутыль с горючей смесью, чтобы поджечь канат. Бутыль не открывалась. Самолет опустился в двадцати пяти футах над платформой. Джонни старался удержать его на этой высоте. Усиливавшийся с каждым мгновением дым от платформы удушливой волной наполнил самолет. — Доктор Мак! — выкрикнул Джонни. — Опускайте конец! Опускайте! Старик неумело схватил связку. Он не мог найти конец. Но потом нашел и бросил за борт. — Я не могу найти второй! — завопил он в панике. Джонни крикнул в микрофон ребятам:

— Хватайтесь за веревку! — Эндрю, давай ты! — взволнованно скомандовал Даннелдин.