|
Если не считать бомбодрона и его сопровождения, они до сих пор контролируют ситуацию. Спустя пять с половиной миль Джонни начал вызывать Роберта Лису. Ответил учитель, и Джонни удивился этому. Судя по доносившимся в эфир голосам, там были люди не из штурмового отряда: пастор, пожилая женщина, историк… Но вот и Роберт. — Девочки в безопасности, — передал ему Джонни. На том конце возникла пауза. Потом вдруг эфир взорвался восторженными криками. Новость разлетелась мгновенно. — Мы здесь держимся, — доложил Роберт. — Мне необходимо посоветоваться с тобой, но не хочу передавать в открытом эфире. Как понял меня? — Эти обезьяны не знают английского! — Все равно не могу. Когда доберешься? — Минут через пятнадцать, — прикинул Джонни. — Заезжай по равнине с севера. У нас еще перестрелка. — Понял тебя. Самолеты в порядке? — Мы спрятали их на равнине. Пилотов больше нет. — Знаю. Теперь слушай внимательно. В один самолет загрузите теплые вещи, защитную одежду, еду для меня, рукавицы. Еще нерадиоактивную взрывчатку, штурмовую винтовку, воздушную маску и несколько баллонов с воздухом. Мне предстоит перелет на сто пятьдесят тысяч футов. На другом конце молчание. — Как понял? — крикнул Джонни. — Есть! — откликнулся Роберт Лиса без особого энтузиазма. — Вышли пару машин и несколько человек забрать Терла, — попросил Джонни и уточнил направление. — Терла?! — Да, черт возьми! Подготовь самолет, я полечу сразу же, как только доберусь. Уже через пять минут мимо него промчалась машина, в которой сидели, пастор, пожилая женщина, крепко сжимавшая штурмовую винтовку, и шотландец с перевязанной рукой. Пастор поднял руку, отдавая честь. Джонни оглянулся: за машиной тащилась огромная цепь. Звуки перестрелки становились все слышнее. Вспышки от оборонительной батареи поднимались на сотню футов. Чуть ниже то и дело вспыхивали огоньки штурмовых винтовок. Джонни направил Танцоршу к замаскированным самолетам. Над его головой прострекотали пули.
2
Роберт Лиса изменил своей одежке, облачившись в противорадиационный комбинезон. Его лохматая шевелюра с одной стороны обгорела. Лицо собранное, уверенное. Он сграбастал Джонни и крепко стиснул несколько раз. — Потери большие? — остановил его Джонни. — Пустяки. Даже удивительно! Они не высовываются, представь себе. Это все равно, что охотиться в бурю. Эй, да на тебе же нет защитного костюма… — Вода смывает радиацию, — сказал Джонни. — Кроме того, в бомбодроне нет дыхательного газа. Мне не требуется специальное обмундирование. — Послушай, парень, может, бомбодрон подождет, пока мы не кончим здесь, а? Ему еще много лететь, через весь океан. Мы его запеленговали, вернее, его сопровождение, и взяли под наблюдение. Джонни распахнул дверь боевого самолета. Все готово. На сиденьи лежал хлеб и вяленое мясо. Женщина протянула ему чашку горячего, настоенного на травах, чая. От напитка определенно попахивало виски, и он вопросительно глянул на женщину. Та засмеялась и сказала: — Одними пулями сыт не будешь, сынок… Роберт взял его за локоть. — В эфире все еще тишина… Они договорились дать пилотам двенадцатичасовую паузу для атаки рудных бассейнов. Теперь же Роберт считал, что это слишком много. — Может, лучше повернуть самолеты и направить к бомбодрону, как считаешь? — Он летит к берегам Шотландии, это ты понимаешь? Шотландия — первая цель! — воскликнул‑Джонни. — Я знаю… Джонни допил чай и полез в кабину. Роберт снова остановил его: — Я хотел тебе кое‑что сказать… Возможно, наши бомбы не взорвали Психло… — Знаю. — И это значит, что нам могут потребоваться все машины, самолеты и оборудование. |
