Увлечение женщиной мешало мужчине работать и не являлось для Флинта подходящим занятием. Нахмурившись, Флинт посмотрел на список отмененных встреч, который лежал на его обычно свободном от бумаг столе. Он отложил эти дела в тот день, когда встретил Лесли, потому что эти встречи мешали ему проводить время с ней.

Презирая себя. Флинт попросил своего секретаря перенести эти встречи. Несколькими минутами позже он отменил собственные распоряжения, окончательно смутив в высшей степени исполнительного человека, преданного Флинту.

Непристойно выругавшись сквозь зубы, Флинт развернул свое кресло к широкой панораме за окном у себя за спиной. Море и небо лежали перед ним. Они были всем, что было нужно Флинту, во всяком случае до настоящего времени.

— Проклятье!

Оттолкнув кресло, Флинт вскочил на ноги и подошел к окну. Яркое осеннее солнце плясало на колышущихся волнах, подобно золотым монетам, брошенным на Землю благосклонным божеством. Над водой простиралось бесконечное, невероятно голубое небо, лишь кое-где запятнанное облачками. Это была свобода. И она принадлежала ему. Однако он чувствовал себя опутанным завораживающей личностью Лесли и ее притягательным, отзывчивым телом.

Брови Флинта почти соединились на переносице, когда до него донеслись негромкие звуки из комнаты рядом с его офисом. Лесли! Чувство, похожее на счастье, охватило его. Не желая признаваться себе в том, как дорого ему это ощущение. Флинт заставил себя оставаться совершенно неподвижным, в то время как на самом деле ему безумно хотелось кинуться в спальню и заключить Лесли в свои объятия.

Да, это полное безумие! Инстинкт самосохранения предостерег Флинта от уступки захватившим эмоциям. Безумие — позволить себе так нервничать всего лишь из-за женщины.

Да, но какой женщины! Даже в тот момент, когда его разум восставал против этого, Флинт напряженно прислушивался к тихим звукам ее движений в спальне. Образ этой женщины вызывал томление в его теле. Еще четыре часа пополудни, а он жаждет ее. Флинт уже начал привыкать к состоянию почти постоянного сексуального возбуждения.

Решив отнестись к этому спокойно, Флинт передернул плечами. Мысленно он перебирал воспоминания, которые их теперь связывали, и предвкушал наслаждения, которые добавятся к этим воспоминаниям. Он справится со своими взбунтовавшимися чувствами, когда Лесли уедет, уверенно сказал себе Флинт.

Всего три дня. Эта фраза застряла в сознании Флинта, как отравленный дротик. Внезапно он резко повернулся спиной к окну и направился к двери в спальню длинными, решительными шагами.

Осталось еще три дня.

Прикусив нижнюю губу, Лесли прервала свой беспокойный обход спальни и внимательно посмотрела на дверь в офис Флинта. Она испытывала странное чувство, совсем непохожее на чувства женщины, которая цинично смеялась по поводу затеи с бурным романом.

Что ж, она на самом деле буквально столкнулась именно с таким мужчиной, и пребывание с ним оказало странное воздействие на нее. Одной только мысли о том, что Флинт находится по другую сторону этой двери, хватило для того, чтобы дрожь прошла по ее спине.

Да этот же мужчина ненасытен! Ее дыхание стало затрудненным и неровным, и Лесли опустилась на край постели. Саркастическая улыбка скривила ее губы, когда она вспомнила о собственном агрессивном поведении в его постели. Фэлкон оказал на нее поразительное воздействие. Она никогда не брала на себя инициативу в занятиях любовью и не наслаждалась игрой в распущенность. Улыбка Лесли стала шире, когда она подумала, что, доводись ей теперь сыграть Саломею, она наверняка получила бы премию за эту роль.