Потом все перевернулось и какой-то дядя с красным лицом и в кирзовых сапогах говорил :"Ты, Иван, уже взрослый человек... ". За стенкой кто-то плакал.

Мелькали лица, события, факты и аргументы. Перед глазами, словно составленная в калейдоскопе мозайка, мелькала жизнь Ивана. Вот он стоит с другими ребятами солнечным утром на крыльце сельской школы с портфелем и букетом свеженарванных в огороде цветов. Худой учитель в круглых очках и в сером осеннем пальто произносит какую-то бесмысленно длинную речь о долге, чести, школе, деле Ильича, проблемах села... . . Hа дворе школы стоит исключительно жаркая погода, и поэтому по лбу учителя время от времени стекают струйки пота, которые он изредка протирает грязным носовым платком. В толпе первокласников смех и веселье, мальчики дергают девочек за косы, те громко пронзительно визжат, а потом они все вместе тихонько хихикают. Ванюша веселится вместе со всеми.

Рядом с ним его закадычные дружки Санек и Гаврила. Чуть сбоку стоят родители и о чем-то беседуют. Учитель произносит свою речь. Солнце светит. Трава растет.

Домой возвращались под вечер, и в приподнятом настроении. Дома ждал квас, в далеке маячили своими нечеткими контурами большие и радужные перспективы.

Кроме кваса дома оказался пьяный отец, который всех бил и громко матерился.

Ваньку сразу уложили спать, и он, убаюканный криками, уснул.

Так закончился первый учебный день и светлый праздник День Знаний. АИH.

В церкви было душно и благовоняло. Бабульки подходили по очереди, мелко крестились, кланялись, целовали иконы. Ванька выскользнул на улицу между стоящими у дверей профессиональными нищими и глубоко вдохнул.

Стоял месяц сентябрь, но до сих пор было на удивление жарко.

Бабье лето, ё-мое. Мимо пробежал махая хвостиком стриженный пудель.

Старушка жувала половинку городского батона. Ваня посмотрел на пробежавшего пуделя и вздохнул, ему показалось, что он и есть тот самый пудель, что бежит он по своим пуделячьим делам, а сзади на него смотрит Ваня, которому показалось, что он и есть тот самый пудель, что бежит по своим пуделячьим делам, а сзади на него смотрит Ваня, которому... . . Hаваждение исчезло так же внезапно, как и появилось, и оказалось, что ни какой он на самом деле не пудель, а всего лишь Ванька. И что он за Ванька такой х. з, ну Ванька да и все.

- Мальчик ты чей?. Подзатерялся что-ль?-спросил сзади голос, чем то похожий на скрип двери деревенского сортира WC.

- Я сам по себе мальчик.

- А... .

Иван зевнул, и сплюнув через плотно сжатые зубы, вошол в дом.

Перейдя ближе к делу, лег на кровать и начал напевать песенку:

"Ля Ля Ля Ля Ля, тфу бля, Ля Ля Ля... . "

Сон не приходил, так как товарищ Гипнос ушел в отпуск за свой счет.

В дверь неторопливо постучала чья-то железная пята, а в окошке появилась чья-то рожа с приплюснутам носом.

- Да открывайте же, Иван Степанович, чо вы там, заснули чтоль.

- Я сам по себе мальчик.

- Что с вами, Иван Степанович, у вас горячка ? Если не отзоветесь дверь ломать начну-с.

- Да не нервничайте так, уже иду.

- Извольте-с, сударь.

Встал значит Иван с кровати, потянул руки за висящими на спинке штанами, надел их, и направился к двери. Hа дворе лаяла собака, и стоял Гаврила Денисович, какой-то взлохмоченный и нервный.

- Заходь, Гаврила. Kакими судьбами?.

- Да, Варька неиствует, стерва, сучка старая, п$%&а, @#%& &^%$@#$, %:"/... ...

- Да ладно тебе, заходь, самогона выпьем.

- Извольте-с, сударь.

Вошли они в избу, сели пьют. Часы пробили полночь.

- Что это у меня часы полночь бьют пятый раз, -возмутился Иван.

- Да нет, в этот раз верно бьют, за правду.