– Извините, если я вас покину на минутку, – сказала Грейс полицейским. – Мне надо перекинуться парой слов с матерью девочек, которая отвозит компанию в парк.

Она поспешила вслед за Джессикой. Энн, сидевшая за рулем пикапа, конечно, была полна любопытства, видя припаркованную во дворе полицейскую машину. Грейс пришлось объяснять, что ночью к ним пытались влезть взломщики. Она не вдавалась в подробности, но попросила по возможности присматривать за Джессикой. К счастью, разговор был коротким, потому что девчонки безумно торопились. Убеждая себя, что все должные меры предосторожности предприняты, Грейс проводила взглядом удаляющуюся машину.

Едва она сделала шаг к крыльцу, как дождь смочил ее волосы и одежду. По лицу потекли струйки, и она ощутила, как они холодны.

Тепло в доме сразу же окутало ее словно ласковым покровом. Знакомый запах старого дерева, и еще не выветрившегося лака, которым она собственноручно покрывала пол, и средства от моли, которым она сбрызнула ковры. Это были, разумеется, едва ощутимые запахи, но они напоминали ей, что у нее есть дом – ее крепость, и что она много труда положила на ее создание. Но сейчас в доме было много посторонних, а до этого ее дом посещало зло.

Полицейские вежливо посторонились, когда вошла хозяйка. Их профессия подразумевала, что они должны с полным уважением относиться к вызывающим их гражданам, аккуратно платящим налоги.

– Никаких следов взлома, – доложил Зелински, обращаясь не к ней, а почему-то к Тони Марино.

В кухне стало сумеречно из-за дождя, но никто не решился включить свет. Грейс это сделала.

– А как со следами во дворе? Сегодня было дождливо, могли остаться следы на сырой земле, – подсказал детектив. – И на полу, – добавил он.

– Я ничего не заметил. – Зелински произнес это почти извиняясь и начал тупо разглядывать идеально чистый пол. Полицейские, входя, вытирали ноги о коврик, а взломщик? Даже если он и не удосужился вытереть ноги, его следы затоптали Грейс с Джессикой до вызова полиции.

– Вы заперли все двери, когда уходили? – словно издеваясь, вновь осведомился Марино.

– Сколько раз можно повторять одно и то же? – вспыхнула Грейс.

– И заднюю дверь?

– Конечно.

– Убеждены?

– Разумеется.

– У вас вроде бы замок был не в порядке?

– Был. Но я его проверила несколько раз.

– Уверены?

– Да.

– Однако это мало о чем говорит, – заключил Марино. – Если незнакомец нашел способ отодвинуть защелку и войти, то при уходе замок вновь мог защелкнуться.

– Гениальное умозаключение, – съязвила Грейс.

Зелински сфотографировал все замки и торт на столе. Только щелканье затвора его фотокамеры нарушало тишину в доме.

– У кого еще есть ключи от дома? Кроме вашей сестры.

– У Алленов. Это наши соседи.

– А у уборщицы?

– О да, у Пат.

– А еще у кого? У вашей симпатичной нянечки? – Он как будто торопился задавать эти вопросы, словно выстреливая словами.

– У Линды? Нет. Джессика сама отпирает дверь, когда они вместе возвращаются из школы.

– Ага! – Возглас прозвучал так, будто он сделал открытие. – Значит, у Джессики есть свой ключ.

– Ну и что? – Грейс нахмурилась.

– А кто-либо имел доступ к этому ключу?

– Что вы подразумеваете?

– Только то, что кто-то из ее подружек мог невзначай сделать копию.

– Зачем?

– Чтобы поупражняться в живописи у нее в ванной и доставить торт, – сухо ответил он.