Это было слишком невероятным, чтобы Волков мог это проигнорировать.

— Все в порядке? — осторожно поинтересовался он у Полозова, разжимая руки.

— Наверное, да, — кивнул он, и Волков только сейчас заметил, как подрагивали Петины пальцы.

Поднявшись на ноги, мужчина обнаружил, что вокруг них, в радиусе нескольких метров, разлилось ледяное пятно, будто кто-то от души шарахнул в землю конструктом со стихийной составляющей. Это свидетельствовало о том, что у Полозова прослеживалась явная предрасположенность к оперированию ледяной стихии.

— Хорошо, — кивнул озадаченный Волков, понимая, чему только что стал свидетелем. — То, что ты смог стравить силу в землю — хорошо. Но я бы очень тебя попросил, чтобы ты больше подобного не допускал.

— От меня это не зависит, — виновато произнёс парень. — Вы так говорите, будто я это специально сделал.

— Я прекрасно понимаю, что не специально, — хмыкнул Волков. — Но вот если бы ты не дотянул до такого критического момента, этого бы не произошло.

Уже после того, как задумчивый парень побрёл в раздевалку, преподаватель еще некоторое время раздумывал, выстраивая в голове диалог, который должен был скоро состояться. После чего поднялся и не спеша побрёл к одному из учебных корпусов.

— Ну что? — поинтересовался у него ректор, едва Волков появился в его кабинете. — Всё-таки переход на следующую ступень?

— Вы оказались правы, Дмитрий Аристархович, — кивнул преподаватель. — Его энергетический каркас, конечно, нуждается в доработке, но, в принципе, ничего страшного. Пару-тройку дней, немного его усилий и желания, и всё придёт в норму. Я с ним поговорил и всё объяснил.

— Спасибо, Ярослав, — кивнул ректор, что-то записывая в своём ежедневнике. — Больше ничего странного не заметил?

— Да, вроде, нет, — пожал плечами Волков. — Всё в порядке. Резерв каркаса немного увеличен, но это обычное дело. Когда перестанет пульсировать, всё должно само прийти в норму.

Уже выходя из кабинета, Ярослав Александрович вспомнил то чувство, которое овладело им, когда он понял, что не справится. То самое чувство, словно ты стоишь перед надвигающейся волной, которая уже готова обрушиться тебя своей многотонной тяжестью.

Если бы Полозов не справился, от Волкова даже бы пепла не осталось

Ректору он не стал рассказывать всего того, что испытал. Да и нельзя этого было делать.

А вот доложить о произошедшем человеку, который просил его приглядывать за Полозовым, следовало незамедлительно, пока не случилось беды.

Волков не знал до сегодняшнего дня, как должна ощущаться родовая сила, поскольку родовитым он не был. В его понимании это было сравнимо, наверное, с огненным валом, который раз за разом прокатывается по каждой ниточке энергетического каркаса, даря ощущение могущества.

Но вот только в этом парне не наблюдалось ничего похожего на его представления, поскольку Волков оказался не готов к тому, что ему открылось. Полозовская сила оказалась гигантской чёрной волной, сметающей на своём пути всё, до чего она смогла дотянуться. Единственной эмоцией, которую она вызывала, был животный страх перед грозной неумолимой стихией.