Углубившись в раскинувшийся парк, Петя постарался найти такое место, куда бы не сунулись снующие парочки, неспешно прогуливающиеся по извилистым дорожкам вдали от шума ночных заведений.

Для этого он как можно дальше удалился от центральных аллей.

— А вот это вполне подойдёт, — кивнул он сам себе, заприметив достаточно густые кусты, растущие посреди одной из полян, почти на самой окраине зелёной зоны.

Если бы можно было использовать отвод, на время, пока он будет заниматься поделками, Петя бы так и сделал. Вот только был небольшой минус. Отвод всегда неминуемо слетал, когда в дело вступал родовой дар или классическая школа магии. И с этим ничего нельзя было поделать.

Удобно расположившись прямо на земле, надёжно скрытый зеленой растительностью, Полозов достал несколько монет.

Придирчиво их осмотрев, она выбрал одну, белую. Заготовка с примесью серебра, даже со столь малой, самое оно, для следящего амулета с маленьким сюрпризом внутри. Тем более, для него потребуется больше всего силы и усилий.

Привычно выплетая конструкт, Петя полностью ушёл в себя, поскольку вешать следящий конструкт на уже готовый каркас — это одно, а вот создавать каркас с нуля, с уже вплетённым конструктом, коих должно было быть два — это совершенно другой уровень.

Это можно сравнить с шитьём. Или ты просто пришиваешь пуговицу, или же тебе сначала нужно эту пуговицу изготовить.

Ровные насыщенные линии были не видны обычным зрением. И если бы какой-то случайный человек имел возможность взглянуть на Полозова со стороны, то увидел бы парня, который поджав ноги под себя и закрыв глаза, пытается дирижировать пальцами невидимому оркестру.

Только любому умеющему думать, станет ясно, что хорошо одетый молодой человек, явно не сошёл с ума. Знающие — поспешат убраться подальше, поскольку связываться с магом, у которого неизвестно какие мысли блуждают в голове — не самая лучшая идея, если дорого собственное здоровье, а то и жизнь.

Энергетические линии, формируясь над монетой в увеличенной проекции, переплетались весьма причудливо, чтобы тут же втянуться в монету, висевшую перед Полозовым в воздухе. Укладываясь в мелкую вязь, конструкт постепенно заполнял всё свободное пространство заготовки.

Наконец, всё было готово, и монета, превратившаяся в довольно примитивный, но вполне рабочий артефакт, перекочевала в отдельный карман. Скажи Полозову, что невозможно изготовить подобное, обладая низшим рангом, Петя бы только посмеялся.

Пришёл черёд других изделий, на которые времени понадобиться чуть меньше, чем на предыдущий, но их изготовление требовало большей концентрации.

Этот конструкт Петя придумал сам.

Вернее, не придумал, а позаимствовал. На мысль, как можно использовать подобный эффект в своих целях, конструкт натолкнул его уже давно. Ещё с тех пор, когда он попытался вмешаться в плетение комнатного ночника.

Полозов называл его «греческий огонь» или просто «грог», не претендуя на лавры первооткрывателя, потому, что дестабилизированный светляк с некоторыми дополнительными модификациями, воспроизводил очень похожий эффект.

Проводя свои испытания вдали от любопытных глаз, парень долгое время ломал голову, как же сделать так, чтобы для срабатывания не нужен был тактильный контакт, пока, наконец, не придумал.

Известно, что самый обычный конструкт ночника может дополняться отдельными плетениями, влияющими на цвет и интенсивность свечения.