«Этого нужно будет глушить первым», — решил для себя парень.

Секунду помедлив, Петя продолжил спуск по лестнице, на которой он первоначально застыл, словно соляной столп.

В голове мелькали мысли одна за другой.

«Что именно они раскопали в голове у Афанасия?».

«Знает ли родитель настоящую личность Пепла?».

«Успели ли они срисовать „Барс“?».

И наконец самая главная мысль: «Как их собираются брать?».

В то, что периметр окружён, Петя не поверил ни капли, прекрасно понимая, что на это князю тоже не хватило бы времени.

Значить вязать их будут увещеваниями, либо наоборот — по самому жёсткому сценарию.

Петя почувствовал, как его веки вдруг начали тяжелеть. Какого чёрта, если на него не действуют всяческие ментальные ухищрения?

Поводок, удерживающий конструкт паралича, со звоном лопнул. В одно мгновение, напитавшись силой из энергетического каркаса, сияющая вязь ударила менталиста в грудь и растеклась по всему телу, осыпаясь искрами.

Грохот упавшего тела был, наверное, слышен и на улице, поскольку веса в здоровяке было не меньше ста двадцати- ста тридцати килограмм.

Князь даже бровью не повёл.

— Нападение на служащих Тайного Приказа грозит любому жителю империи пожизненной каторгой, — монотонно начал перечислять Захар Андреевич, загибая пальцы. — Ежели деяние совершено без злого умысла, то можно обойтись двадцатью пятью годами.

— А не нужно было лезть мне в голову, — фыркнул Пётр. — Пока вы не предпринимали никаких попыток, вас никто не трогал. Да и не написано на вас, что вы служащие Тайного. Сами виноваты.

Сила спешно втягивалась в энергетический каркас Полозова-младшего. И сейчас он сетовал лишь на то, что это происходило слишком медленно. Неизвестный конструкт, который формировал князь, грозил завершиться гораздо раньше.

— Найди нормальную обувь, — приказал Пётр Алисе не поворачивая головы. — Приведи себя в порядок, мы скоро уходим. Не мешкай!

Когда в Петину сторону рванулся непонятный, но сложный, конструкт, Петя лишь по знакомым фрагментам в замысловатой вязи сумел понять, что это что-то из разряда с е тей. Подобные завитушки он видел в конструкте ректора. «Сеть Посейдона», кажется.

Второй «паралич» сорвался в сторону князя, а фигура парня тут же рассыпалась пеплом. Да, родовое умение пришлось задействовать, поскольку князь — противник довольно серьёзный.

«Сеть» родителя, впившись в пустые ступени лестницы, бессильно рассыпалась, но парня это уже не волновало.

Соткавшись за спиной князя, Пётр снова повторил «паралич». Растекаясь по личной защите Полозова-старшего, конструкт исчез поглощённый аналогом «каменной сорочки», а сам князь молниеносно развернувшись, ткнул набалдашником точно в живот Петра.

Удар прошёл вскользь.

В самый последний момент Полозов-младший успел снова распасться на мельчайшую взвесь серых частиц, возникнув уже сбоку князя, метя кулаком ему в висок.

Полозов-старший уклонился играючи. Трость князя взвилась в воздух, а через мгновение сильный удар по предплечью парня отсушил руку, заставив Петю зашипеть от боли, выпав из стихии Пепла.

— А что мы так нахмурились? — усмехнулся князь. — Родовой дар дал сбой, да? Думал ты теперь неуязвим?

И прежде, чем Петя успел снова распасться в туманный пепел, ему прилетела жёсткая оплеуха, бросившая его навзничь. Оперевшись на руки, он попытался встать, сплёвывая кровь из разбитой губы, но в этот самый момент произошло то, что заставило его открыть рот от удивления.

На миг Петя забыл, как дышать.

Фигура родителя вспыхнула нестерпимым жаром, будто облитая керосином и подожжённая. Вспышка, и князь рассыпается яркими искрами, исчезая.