- Если бы суккубы не справились, вот это бы сработало. - заскрипел тот. - Эти реликвии мы используем с незапамятных времен для помощи братьям, чья вера в собственные силы превосходит их терпение. Надетые на священнослужителя, эти вериги погружают его на год в пучину мучительной боли, жажды, одиночества и скорби, заставляя раз за разом проходить круг Испытаний Пустынного Отшельника. Мало кто из подготовленных жрецов или монахов способен вынести подобное и возвыситься. В девяти случаях из десяти тело испытуемого рассыпается в песок, оставляя вериги невредимыми.

   - И такое можно надеть без согласия жертвы? - мое недоверие можно быть зачерпывать ведром и продавать оптом последователям любой веры.

   - Можно-можно, - ржанул Бесс. Старик кивал, соизволив поднять засветившуюся ладонь. Мастер воды тем временем коротко объяснил, - Создание одной пары такой "радости" - это сбор пепла, оставшегося от мучеников и аскетов нашей веры в течении пары сотен лет. Слишком дорого, чтобы рисковать ими, напяливая на неугодных.

   - Понимаю. Вы вытащили меня из действительно глубокой задницы. Но не понимаю зачем и что именно вы хотите от меня итоге?

   - Наставник, я объясню, - упредил Бесс пожилое существо. - Итак, слушай. Жители Бхуттвы всегда были народом, живущим в пустыне. Глубоко в пустыне. Их верования и традиции крепко накрепко переплетены с самой идеей выживания в суровых условиях бесконечной жары. Спасение страны от соседей еще было воспринято как чудо, но вот пришедшая за ним торговая слава...

   - Иноземцы и изобилие стали подтачивать веру, - понимающе кивнул я.

   - Именно. Поэтому мы хотим, чтобы ты свалил отсюда и никогда не возвращался! - обрадованно хлопнул в ладоши Бесс.

   - ...тут есть небольшая проблемка. На родном континенте я тоже немного излишне известен... - испытал я прилив вдохновения и хитрожопия.

   Воцарилось недолгое молчание.

   - А если мы научим, как спуститься вниз? - палец старика твердо ткнул в пол. - Отправишься туда?

   - Отправлюсь. И дам слово никогда не появляться в Бхуттве, пока она жива. - пообещал я, глядя на обоих очень честными глазами.

   - Как знали, что пригодится, - у довольно улыбающегося, судя по голосу, Бесса, в руках материализовался солидный длинный сверток. Видимо, легкий - он без труда им покачал и перекинул ко мне. Поймав объемный подарок, я почувствовал, что он в основном состоит из свернутых в рулоны тканей. Бесс сказал, - Этого должно хватить для твоего путешествия вниз. Инструкции там же.

   - Тогда говори положенные слова и исчезай. В городе беспорядки и волнения, тебя ищут даже золотари и подземные жители. Мы нужны там, - требовательно проскрипел старик.

   Едва я успел закончить полагающиеся по случаю фразы, как дверь вышибло несколькими ввалившимися телами неясного происхождения. Пара секунд тишины и уставившиеся на меня разумные начинают дико вопить. Снаружи их визг подхватывает еще несколько десятков голосов. Едрена мать, надо валить!

   Головы, плечи, спины, лица. При достаточной ловкости, скорости и координации движений эти части тела годятся для быстрого передвижения. Я бы с удовольствием обошелся без этого знания, но наступать больше было некуда! Приходилось, стуча зубами и матерясь про себя, буквально бежать по здоровенной толпе, которая каким то боком собралась у уединенной и замаскированной хижины, куда меня приволокли монахи. Еле успел сообразить запихать полученное в инвентарь, оставив в хижине почти весь пищевой запас. Более того, пришлось выполнить вообще безумный в данный условиях маневр, называемый "поворот на толпе", так как первоначальным направлением я сослепу выбрал город.