|
Вот же мороки, с этими барышнями 19 века. Врагу не пожелаешь, «такого счастья». Потом почесал маковку, и отправил всех остальных женщин с детьми в соседний хутор. Местные кстати оказались греками. Их предупредил о последствиях враждебных действий с соседнего хутора. Типа, мы и сами уйдём только с двумя пленниками и ничего разрушать не будем. А если нет, спалим всё вместе с оставшимися.
— Так кто Вы? Как Вас зовут? — спрашиваю за столом, совсем квелых девушек. Ломка у них что ли?
— Купеческая дочь Анастасия Розова из Новгородских купцов. А это моя компаньонка Евгения Санина.
— Софья Ферзен — скромно потупилась девушка с черными длинными волосами.
— И кто у Вас родители? — обращаюсь к ней.
— Статский советник Павел Карлович Ферзен.
— Ну а чем занимается, Ваш батюшка? — это, какое же надо терпение, чтобы с ними разговаривать.
— Егермейстер.
Что? Вот это… задница. Мало мне Мордвинова, так ещё и дочь начальника царской охоты. А это уже большая политика, причём очень. Вот и выходит, как я не старался держаться подальше от дворян, а тем более аристократов… они сами ко мне пришли. Под девизом — если ты не занимаешься политикой, то политика займется тобой. А упирается как всегда в деньги и власть.
Влияние отца огромное, кому угодно не поручат, только очень преданным. Там люди с оружием среди царственных особ крутятся. Несчастные и «несчастливые» случаи случаются периодически на таких охотах.
— А как Вас зовут, милостивый государь — дочь купца Розова. Более энергичная из девушек.
Что же ответить? Своим именем я называться категорически не хочу, а после такого тем более. Своих, тоже предупредил, чтобы держали язык за зубами. А возьму псевдоним… буду Василием Тёркиным, почему-то пришло на ум. А что, я с началом погони я не брился, так что потом узнать меня будет тяжело. Да и вряд ли будут девушек таскать на опознания. Есть шанс остаться неузнанным. Так что создаём… фантом. А на будущее надо лица закрывать, целее будем.
А теперь другой вопрос, может просто так здесь оказаться его дочь? Правильно, не может. Если при этом учесть, что тут замешены англичане, так тем более. В 1801 году убили Павла I свои же дворяне на деньги англичан, причём показательно и жестоко. Весьма активную роль играл, а, как многие утверждают, и руководил заговором британский посол Чарльз Витворт, кстати, масон высокого градуса. Витворт был, пожалуй, одним из первых, если не первым, кто стал распространять слух о сумасшествии Павла. 6 марта 1800 г. он заявил в своей депеше в Лондон: «Император буквально с ума сошёл… С тех пор, как он вступил на престол, психическое расстройство его стало постепенно усиливаться…». Насколько я помню, за убийство Павла I англичане заплатили 2 миллиона рублей золотом. Пусть потратили ещё миллион на прикормку вечно в долгах аристократии. То выходит, что всего за 3 миллиона изменили политику целой империи, заставив её воевать за свои интересы с Наполеоном. Ну что же молодцы, стоит только поаплодировать. Вот только я никак не могу понять наших аристократов, о чём они думали. Они же интриганы ещё те. Мне пока не понятно.
Во главе заговора встали вице-канцлер Никита Панин, генерал-губернатор Петербурга Петр Пален, последний фаворит Екатерины Великой Платон Зубов вместе с братьями Николаем и Валерианом. Общее количество лиц, вовлеченных в заговор, к началу марта 1801 года составляло от 180 до 300 человек. Причём запугали царскую династию настолько, что даже сам факт убийства Павла Петровича венценосная семья признала только спустя 100 лет, в 1901 году. До этого в ходу была официальная версия апоплексического удара.
Убили и за то, что Павел за 4 года, 4 месяца и 4 дня своего правления не сделал ни копейки долгов! И другим не давал. |