— Вполне возможно. Высокий худой человек с одной рукой и шрамом на лице. Шрамом побольше, чем у Джека Обри. Лицо вытянутое, увидишь такое — и подумаешь, что перед тобой лошадь, если исключить отсутствующую руку. Но он бы не стал носить английскую форму, потому что состоял в Ирландской бригаде, на службе французского короля — в полку Диллона.

— Да, я видела кого-то из них. Помню форму. Но все они были двурукими. Что стало с ним дальше?

— Когда бригаду расформировали, он был уже слишком стар и болен для того, чтобы отправиться в Кобленц вместе с другими, — ирландцы не воевали против короля, как ты помнишь, так что он уехал в Нормандию. Он всё ещё там живёт, разводит лошадей. Тебе он тоже понравится.

По улице Гренель провозили батарею полевой артиллерии.

— Надеюсь, это не из его лошадей, — сказал Стивен на ухо Диане, заглушая грохот колёс.

— Полковник ненавидит проклятого тирана не меньше моего.

Пара отправилась дальше.

— Он тебе тоже понравится, — повторил Стивен. — Прости, но я спланировал твоё пребывание здесь, даже не посоветовавшись: жизнь в городе, в отеле де Ламот — кроме друзей, которые у тебя уже есть, там всегда что-то происходит: Адемар каждую неделю даёт концерты. А когда тебе надоест город, есть полковник со своей сельской фермой, зелёными просторами, реками и пастухами. Что до твоих родов, я консультировался сБоделоком, несомненно, лучшим акушером в Европе. Мы давние друзья, и он будет ждать когда ты будешь готова — лучших рук не стоит и желать. Я ужасно несведущ в акушерстве и часто волнуюсь, когда для этого нет никаких причин.

Тема оказалась не слишком приятной, так что блеск в глазах угас, а лицо Дианы, излучавшее счастье от вновь обретённой свободы, восхищения от возвращения в Париж и нового наряда, несколько помрачнело.

— Это было любопытное совпадение — я про отель д’Арпажон, ведь так? — произнесла она.

— Удивительное, — кивнул доктор. — Всё же можно сказать, что жизнь — это хитросплетение удивительных совпадений: к примеру, только мы решим перейти дорогу, тут же появляется редкий экипаж, запряжённый шестёркой. Хотя и кажется невероятным, но факт остаётся фактом. А эта лысая голова принадлежит месье де Талейран-Перигор, — Стивен снял шляпу и лысый мужчина повторил этот жест. — Совпадения бывают просто невероятные — в тот самый миг, когда мы будем входить во двор усадьбы Ламота, это здесь недалеко справа — не вляпайся в ту кучу, Вильерс, — какой-то купец может заходить в свою контору в Стокгольме, а Джек Обри — седлать лошадь для охоты на лис.

Хотя если поразмыслить, Джек вряд ли бы стал охотиться на бедняжку лису в это время года, но общая идея должна быть понятна. Ты можешь возразить, что абсолютное большинство совпадений остаётся незамеченным, и это конечно же правда. Но они происходят постоянно, и в то мгновенье, когда я собираюсь постучать в дверь, какой-то бедняга в Китае испускает последний вздох.

***

Джек конечно же не охотился на лису, но и вправду седлал лошадь — принадлежащую отцу могучую серую кобылу, — намереваясь доехать до Блэндфорда и сесть там на почтовый дилижанс до дома. Генерал Обри показался лишь украдкой, поддерживаемый под руки парой краснолицых пузатых парней. Остальные безучастно наблюдали за сценой прощания из бильярдной.

— Ты ещё здесь, Джек? — спросил генерал. — Стоит поспешить. Счастливого пути и не порань кобылу удилами.

Обри-старший никогда не был большого мнения о способностях сына в обращении с лошадьми.

— Давай же, Джонс, давай, Браун, — прокричал он своим товарищам. — Мы должны вернуться к работе. Передавай привет жене и отпрыскам, — добавил он, коротко бросив через плечо, словно вдруг вспомнив.