|
Ему снова стало не по себе. «Интересно, крадет он у меня или нет?» — подумал Моррис. Когда он спрашивал себя об этом, у него всегда по коже пробегали мурашки, потому что он ведь так ни разу и не смог на этот вопрос определенно ответить.
В лавку вошла покупательница. Фрэнк встал с кушетки
— Я обслужу ее, — сказал он.
Моррис проговорил, глядя в газету:
— А я пока спущусь в подвал, мне там кое-что нужно.
— Что именно?
— Да так, пустяки.
Пока Фрэнк шел к прилавку, Моррис спустился в подвал, но там не остался. Он на цыпочках снова поднялся вверх по лестнице и, затаив дыхание, остановился около двери. Сквозь щель он видел покупательницу и слышал, что она покупала. Пока она говорила, что ей нужно, он складывал в уме цифры. Получилось — один доллар восемьдесят один цент. Пока Фрэнк пробивал покупку на кассовом аппарате, бакалейщик задержал на секунду дыхание, открыл дверь и вошел в лавку.
Покупательница, прижимая к груди пакет с покупками, уже выходила в дверь. Правая рука Фрэнка была под передником, в кармане брюк. На кассовом аппарате стояла цифра — восемьдесят один цент.
Моррис так и охнул.
Фрэнк, сгорая от стыда, пытался сделать вид, что все в порядке. Это окончательно вывело Морриса из себя.
— Она взяла на доллар больше, почему вы выбили на доллар меньше?
Фрэнк, готовый сквозь землю провалиться, помолчал и наконец выдавил из себя:
— Моррис, я просто ошибся.
— Ошибся? — взревел бакалейщик. — Я слышал из-за двери, сколько она покупала. Думаете, я не знаю, что вы то же самое много раз делали раньше?
Фрэнк был не в силах слова вымолвить.
— Давайте сюда доллар! — сказал бакалейщик, протягивая дрожащую руку.
В отчаянии Фрэнк попытался прибегнуть к спасительной лжи.
— Моррис, вы ошибаетесь. Аппарат должен мне доллар. У меня было мало мелочи, поэтому я разменял у Сэма свой собственный доллар на пятицентовики. А потом я случайно прокрутил доллар вместо «откл». Потому-то я просто взял доллар назад. Честное слово, все это правда.
— Вранье! — закричал Моррис. — Я оставил тут, внутри, целый ролик пятицентовиков, если кому-то будет нужно.
Он зашел за прилавок и вынул ролик пятицентовиков.
— Говорите правду!
«Это не должно было случиться, — думал Фрэнк я другой человек теперь».
— Я был без гроша, — признался он, — вот вам правда, решил, что верну вам деньги завтра, когда вы дадите мне получку.
Он вынул из кармана скомканный доллар, и Моррис вырвал этот доллар у него из руки.
— Вы могли попросить у меня доллар взаймы вместо того, чтобы воровать.
Фрэнку просто не приходило в голову одолжить доллар у Морриса. Причина была ясна: он никогда у Морриса не одалживал денег, потому что сам брал из кассы.
— Я об этом не подумал. Простите, это было нехорошо с моей стороны.
— Все нехорошо да нехорошо! — сердито сказал Моррис.
— И так всю жизнь, — подтвердил Фрэнк.
— Вы у меня воровали с тех пор, как я вас взял.
— Ну да, сознаюсь, — сказал Фрэнк. — Но ради Бога, Моррис, поверьте, я возвращал вам взятые деньги, клянусь вам. Как раз сегодня я положил шесть долларов. Вот почему сегодня было так много денег после того, как вы пошли наверх вздремнуть. Спросите вашу жену: пока вы спали, мы наторговали не больше, чем на два доллара, а остальное положил я.
Фрэнк хотел было даже снять ботинок, вытащить из-под стельки карточку и показать Моррису, как тщательно он ведет свою бухгалтерию, но тут же отказался от этой мысли: сумма на карточке была так велика, что Моррис разъярился бы еще больше. |