— Тио Стук, давненько я не видел вас в такую рань.

— Доброе утро, Ваше Ве… — учтиво начал граф-рыб, и, не сдержав стали в голосе, осекся, перейдя на более миролюбивый лад — Ваше Величество, с каких пор моя дочь должна обслуживать падаль иного мира?

— О чем Вы, уважаемый Тавериль Тио Стук?

— Моя дочь сидит в палате этого-этого… мерзкого, аморального, грязного…

— Шпунько? — веселясь про себя, поинтересовался рыб.

— Инкуба! — остервенело выплюнул ранний визитер. — Развратитель малолетних и разрушитель семейных пар! И моя маленькая, моя перламутровая икриночка, выросшая в окружении любви и чести, вынуждена часами возле него сидеть?!

— Неуверен, что Галя распорядилась…

Пресекая все нормы, граф-рыб взвыл: — Галя?! Я думал, это Ваше решение!

— Решение мое. — Холодно отрезал император и граф-рыб присмирел. Шипы на его загривке перестали дыбиться, а жабры часто хлопать. Покружив немного в стороне, он решился на еще один личный вопрос к императору: — Но как вы пришли к этому решению?

— Галя поддержала ваш трюк, с появлением инкуба в непосредственной близости от императрицы, и предположила, что за ним необходим дополнительный догляд.

— То есть, моя дочь вынуждена ему еще и прислуживать?!

— То есть, служит она нашему правому делу. И не позволяет инкубу отвлекаться на прочих рыбок.

— Но где же гарантия, что он не увлечется ею? — прищурился граф-рыб горизонтальным веком.

— Даже если и так, в верности вашей дочери, мой дорогой граф, я не сомневаюсь. Не думал, что мне следует напоминать об этом вам.

— Но… — хлопая плавниками, привилегированный рыб, хотел еще что-то сказать, но не осмелился.

— Раз вы полны сомнений, так и быть я сам сегодня наведаюсь в лечебный корпус.

— Может быть, вам следует посетить их сейчас? — предположил все еще злой Тио Стук.

— Вы все-таки не верите своей дочери. — Холодная усмешка императора Океании, не подтверждала его согласие на скорое явление перед рыбкой и инкубом.

— Я не верю этой Гале.

— Почему? Она на нашей стороне.

— Да. Но что она делает?

— Проводит работы по просчету и разрушению моего брака… — ответил Ган Гаяши и направился на выход из террасы. Тио Стук поплыл следом.

— Поэтому один из ее помощников сутки напролет проводит на моей… Кхм, на территории вдали отсюда?

— Зелен Вестерион?

— Да. — Прорычал граф-рыб, активно работая плавниками и хвостом. В отличие от Гана, который может останавливать смену течений Дарави, Стук не наделен зачатками магии, а потому на сопротивление бурным потокам тратит много сил и говорит, чаще всего запыхавшись.

— Зачем он проверяет скалы и недавние разрушения в шестнадцатой провинции?

Менее чем через пять минут они миновали территорию казначейства и оказались на открытом раздолье, предназначенном для сада. Махнув в его сторону плавником, император пояснил:

— Галя и ее соратники работают над садом, опять же для отвода глаз. У них возник какой-то вопрос с планкноидами.

— Какой?

— Спросите у нее. И если хотите осмотреться, прошу вас, приступайте. Галя и демон уже проектируют новые виды садовой архитектуры и рассаживают на макете крупногабаритные экземпляры.

И, посчитав свои ответы исчерпывающими, Ган уплыл по своим делам, оставив граф-рыба наедине с его злобой и зазнобой.