Вводя девушке омнопон, он намекнул, что его действие несколько отличается от действия морфина. Уколол он Свету в привычное ее место – подмышечную вену. Подождав, пока наркотик начнет действовать в полную мощь, Гнус, словно невзначай, провел ладонью по светиному животику.

– О о о... – Она закатила глаза, – Как хорошо!.. Как хорошо!.. Возьми меня... Войди в меня... Ну, пожалуйста...

И девушка, схватив руку Гнуса, вжала его ладонь себе в промежность.

Ответные действия не заставили себя ждать.

Глава 10

– 1 

– Фамилия, имя, отчество?

– Ниязов Михаил Рашидович.

– Год рождения?

– Шестьдесят шестой.

Нияма гордо восседал на стуле в кабинете Николая Николаевича. Синельников заполнял протокол допроса и пытался понять, чем можно “расколоть” боевика мафии, занимающего невысокое, но видное место в ее иерархии. По записям Дарофеева, господин Ниязов был командиром одной из групп. В его обязанности входило боевое прикрытие некоторых операций.

Капитан закончил предварительные вопросы. Он откинулся на спинку жесткого кресла и отложил ручку.

– Теперь давай поговорим.

– Что ж, начальник, чего не побазарить? – Задержанный демонстративно цыкнул зубом и вызывающе нагло откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу.

– Чего я не могу понять, Нияма, зачем ты взялся за это дело?

– Какое такое дэло?

– Похищения – это ведь не твоя специализация... – Продолжал Синельников, стараясь не реагировать на браваду и ерничанье задержанного. – Ты ведь у нас стрельбу не любишь. В разборки и то братву посылаешь. Зачем же ты Дарофееву умыкнул?

– Дорофееву? Ленку? Так она сама от Прямого ушла... Затрахал он ее своей прямотой...

– Подумай, Ниязов, почему мы тебя взяли? Как нам это удалось?

– Я то почем знаю, зачем я вам? Может вы решили дать мне отдохнуть? Денька три. Но на большее я не согласен!

– Тебя видели. Знаешь где? У того самого дома, где содержалась похищенная Дарофеева. В четырех местах нашли твои пальчики. На пулемете и на джойстике дистанционного управления этим пулеметом. А тамошний сторож рассказал нам о твоих визитах.

– Не был я там. Даже не знаю о каком доме вы говорите. А сторож... Он обознался.

– Странно, странно... Ты же сам его снимал. Только ты, хитрец, подсунул хозяевам зачем то фальшивые документы. Но они тебя опознали...

– Пусть даже и снимал. Я там месяц не был...

– Значит так. Там убили двенадцать наших ребят! Понял?! Двенадцать!! Еще двое умерло в больнице! Исполнители тоже убиты. Это твои ребята! Это ты вместо морфина дал им ампулы с ядом! За что они все погибли? За что?!!

Нияма уже давно не улыбался. Он серьезно разглядывал бушующего Синельникова.

– Они ВСЕ  на твоей совести, Ниязов, – Продолжал капитан. – Для тебя же лучше все мне рассказать.

– Ага. Добровольное признание уменьшает вину и увеличивает срок...

– Бездушный ты человек, Нияма...

– А ты, начальник, что бы ты делал на моем месте? Я тебе кое чего расскажу. Но запомни, это все догадки... Представь, работаешь ты на “крышу”. Ты правильно сказал, не люблю я шмалять без толку. Работа тихая. С моими клиентами просто: пушку под рыло – и у них полные штаны. А на курок жать... Лишнее тут это... И вдруг появляется пыженый фрайер и начинает крутить твоим хозяином, как шестеркой.

– Это ты про кого?

– Начальник, это же гипотеза... Знаешь такое слово? Не слишком для тебя умное? Продолжим. Фрайер тот кружается, как пидор, которому всадили по самые гланды.