— Господи Иисусе! — крикнула с перепугу бабулька и попыталась огреть Леху клюкой. Не успев извиниться, он побежал дальше по ступеням и в три прыжка одолел лестничную площадку. На счастье подъезд оказался проходным и Леха без труда выскочил на улицу.

Кругом народ валил по своим делам, сигналили автомобили, трезвонили трамваи. Леха повертел головой. Куда теперь? Понесся через дорогу, на противоположную сторону, расталкивая прохожих. Те испуганно шарахались. Какой-то юнец в мешковатых штанах и аудиоплеером на поясе, факнул ему в след. Леха мысленно послал его куда подальше. Маневрируя среди застрявших в пробке машин, едва не угодив под трамвай, дернул вниз по переулку мимо синагоги. Добежал до конца забора, свернул направо, потом налево, опять кинулся вперед и оказался на набережной. Еще немного, и мост остался позади.

На ближайшей трамвайной остановке дал себе передохнуть. Спрятался за углом старинного особняка. Не успев отдышаться, вскочил в первый попавшийся трамвай и проехал несколько остановок. Расталкивая пассажиров, выскочил на дорогу и полетел к станции метро. У самого входа оглянулся. Нет, джипа не видать. Никто его не преследовал. Все вокруг выглядело вполне буднично и мирно.

Леха купил жетон и спустился в прохладное подземелье. Вскоре подошла электричка. Он поспешил войти в вагон и раствориться в толпе. Только теперь он почувствовал себя в безопасности, Даже милиционер, строго поглядевший на него у входа, остался в прошлом. Тут ему никто не угрожал. Никакой джип не попрет в метро.

Вдруг Леху осенило. Он сообразил, что стал жертвой именно погони. «Если бы я оказался на пути мажора, которому капиталистый папаша купил машину и права, то едва ли тот стал гоняться за мной по всему парку, — рассуждал Леха. — Придурок за рулем и сам порядочно рисковал. Не ровен час передавил бы кучу народу или получил удар в бочину. Стало быть, гнались за мной. Зачем? Хотели ограбить? Ведь все произошло у отделения банка. Но могли тогда напасть и на лысого мужика. У того денег было не меньше. Нет, ограбление отпадает. Выходит, как ни крути, а гнались именно за мной. И что за урод все это устроил? Стоп, почему урод?» — Леха отчетливо вспомнил лицо водителя. Молодая деваха, брюнетка, вся в черном и в солнцезащитных очках. Тут Леха удивился сам себе. Как можно запомнить в такой суете столь незначительные мелочи? Но ему показалось, что он помнил даже цвет ее помады. Тоже черный. Лицо бабенки также показалось знакомым.

— Бля! — во все горло выкрикнул Леха, заставив повернуться в свою сторону добрую половину вагона. Следопыта несколько смутило повышенное внимание к его скромной персоне. Он слегка покраснел от смущения и состроил глупую рожу, дескать, вот такой я убогий. Но еще больше Леха испугался собственных воспоминаний. Девица в черных ботфортах а-ля Бонапарт с палашом и фаллоимитатором! Та, которую он видел на квартире Казимира Карловича! Вот кто находился за рулем «Паджеро»!

«Теперь понятно откуда ноги растут, — не без удовольствия отметил Леха. — Выходит, все Казимир Карлович подстроил. Его работа. Ай да сволочь! Но зачем, зачем экзальтированному коллекционеру и богачу нужна моя смерть? По телефону, понимаешь ли, рассыпается в любезностях, приглашает на чай с плюшками, а сам устраивает заговоры. И на кого? Что ему сделал? Где дорогу перешел? Не слишком ли много чести сбивать меня джипом в центре города на глазах десятков свидетелей? Да, ну и дела! Закрутилось, однако».

Рассуждая так, Леха отвлекся и едва не проехал нужную станцию. Выпрыгнув из вагона, поспешил покинуть подземелье. Ему хотелось поскорее оказаться в холостяцкой квартире, запереться и, никого не видя, отсидеться пару деньков.

По пути Леха заскочил в магазин, купил хлеб, колбасу, бутылку минеральной воды, пару банок рыбных консервов и всякую съестную мелочь.