— Какого черта? Вы меня едва не напугали! — у Лехи отлегло от сердца.

— Виноват-с. Я, извольте видеть, перебирал новые поступления и непозволительно увлекся, — оправдывался старичок.

— И что это у вас за вид, милейший? — Леха вновь вспомнил, что он великий герцог, а не какой-нибудь босяк. Наружность библиотекаря ему пришлась не по вкусу. Одет в рванину, весь измятый, борода всклокочена, словно всю ночь в ней черти копейку искали, стекла очков треснули, поломанная дужка перемотана засаленной бечевкой. Такому слуге место на конюшне или в дворницкой, но никак не в библиотеке. Не успел Леха о том подумать, как хранитель знаний преобразился самым решительным образом. Мятая одежда исчезла вовсе. Теперь старик щеголял в черном просторном балахоне, расшитом серебряными звездами, а на причесанной голове вместо изъеденной мышами шляпы красовался широкополый колпак а-ля Гендальф.

— Благодарю вас, великий герцог, — старик поклонился.

— Я-то здесь причем? — удивился Леха.

— Признаться, работа в библиотеке и хранилищах отнимает много времени. Заняться собой все недосуг. А вы… , - старик замялся и поправил указательным пальцем новенькое пенсне в золотой оправе на переносице.

— Уж не хотите ли вы сказать…

— Именно! Без всяких заклинаний! Одним усилием мысли! В этом и заключена суть здешней магии.

— Любопытно. Что ж, с этого места попрошу подробнее. Да только чего мы стоим? Давайте присядем и обсудим все обстоятельно.

Леха сел в резное кресло, что неожиданно возникло у стола, а второе, явившееся так же внезапно, предложил библиотекарю. Невольно вспомнилась вчерашняя беседа с Салативаром, пятидесятилетний коньяк и сигара. И стоило ему краешком глаза глянуть на зеленое сукно стола, как там чудесным образом появилось желаемое — коробка «Партагас», пепельница, два бокала и бутылка пятизвездочного «Георгиевского». На большее фантазии великого герцога не хватило. Не торопясь, Леха откупорил бутылку, налил слуге и себе. С удовольствием отметил, что кресло вмиг по его воле сделалось удобным креслом-качалкой с мягкой подушкой под поясницей. Но еще более он обрадовался не благоприятным переменам, а умению творить мелкие чудеса самостоятельно. Хотя змея сомнения не покидала душу. Леха не исключал, что то уловка библиотекаря, прикинувшегося простаком, либо проделки замка. Но как бы там ни было, а Леха полез в карман брюк. Почему-то он был твердо уверен, что найдет там зажигалку и сигарные ножницы. Все так и случилось. Вспомнив урок Салативара, Леха без излишней суеты срезал шляпку сигары, подкурил и пустил струю дыма, наполняя комнату ароматом ванили, тропического леса и вишни.

— Итак, расскажите, кто вы и чем занимаетесь, — Леха глотнул коньяку и вновь пустил дым.

— Позвольте вас поблагодарить, великий герцог. Вы очень добры, — сказал старик, не зная, что ему делать с бокалом.

— Пустое, — ответил Леха, наслаждаясь напитком и сигарой. — Да, полагаю, у вас есть имя?

— Увы, я его не помню, — старик в костюме звездочета рассеяно глотнул коньяку.

— Как так? У вас амнезия?

— Видите ли, великий герцог, тут вот какое дело. При жизни я слишком сильно любил книги. Настолько сильно, что принес им в жертву собственную семью. Даже не припомню имен детей и жены. И вот теперь…  Грустная история. Впрочем, она вам и не интересна. Я получил по заслугам. Теперь я нахожусь среди любимых книг, а собственного имени не вспомню.

— Предположим. Теперь расскажите о библиотеке.

— О, это воистину великое собрание! — оживился старик. — Здесь вы найдете все! Или почти все, начиная от древних шумеров и египтян и заканчивая работами новейшего времени.