|
«Великие Державы без малейших трудностей убедят балканские государства в неприкосновенности принципа, согласно которому Европа не может позволить какого-либо нового разделения территории на Востоке без ее одобрения. Даже теперь, пока кампания еще не закончена, распространяются слухи о проекте финансового союза, охватывающего все балканские страны, и далее конституционного союза на манер Германской Империи. Возможно, это только политическая соломинка, за которую хватается утопающий, но нельзя забывать и о том, что объединенные Балканские Государства распоряжаются военной силой, с которой Великим Державам придется считаться.
…Люди, которые пролили свою кровь на полях сражений и пожертвовали в этих сражениях целым поколением, чтобы вновь объединиться с соплеменниками, не станут долее оставаться в зависимости от Великих Держав или от России, но пойдут своим путем… Кровь, которая проливается ныне, впервые окрашивает в подлинный цвет порфиру балканских царей. Великие Державы не могут позабыть о том, что люди, познавшие сладость победы, не позволят, чтобы их возвратили в прежние пределы. Турция потеряла сегодня не только Кирк Килиссех и Куманово, но и всю Македонию». Леопольд Волькенштейн пил свой кофе, но напиток каким-то образом лишился аромата. Его мир, его напыщенный, тяжеловесный, жестокий мир, внезапно сократился до предела. Великие кошельки и великие угрозы были бесцеремонно отодвинуты в сторону; сила, которую он не мог понять, не мог оценить, грубо заявила о себе. Царственные повелители мамоны и оружия хмуро смотрели вниз на поле битвы, а идущие на смерть не приветствовали их и даже не собирались. Нерадивые ученики получили урок, урок уважительного отношения к некоторым фундаментальным принципам, и вовсе не мелким сражающимся странам преподали этот урок. Леопольд Волькенштейн не стал дожидаться, пока соберутся все игроки в домино. Они все прочитают статью в «Freie Presse». И наступают моменты, когда оракул решает, что его единственным спасением будет бегство от людских вопросов. |
