– Разговор. Я ведь уже объяснял, разве нет? Один разговор на равных и по душам.

– А мы сейчас чем, по твоему, занимаемся?

– Сейчас ты только что назвал меня мальчиком и состроил такой надменный еб**льничек, что меня аж чуть не вытошнило. А я про другое речь веду. Про простое и человеческое.

– О о о ох, – Кольцов зажмурил глаза и схватился за переносицу, дескать: – Достал. Ладно, разговариваем.

– Отлично! Итак, закрепим ещё раз: честной дуэли у Апраксиных с Кольцовыми пока что не получается. Мы при любом раскладе гасим твоих сыновей, сам ты при любом раскладе гасишь нашего батю. Можно выбрать по одному самому сильному магу с каждой стороны и будь что будет, но так никто из нас не получит морального удовлетворения – это раз. А два – по Империи тут же поползут слухи о том, что вы с бароном Апраксиным ссыкуны и прикрываетесь чужими спинами. Согласен?

Кольцов было дело вздёрнул белобрысую бровушку и собирался ляпнуть что то такое язвительное, но вспомнил, что только что пообещал мне разговаривать нормально.

– Согласен, – сказал он. – И думается мне, что у тебя уже есть какое то решение. Ита а а ак…

– Итак, сперва я предлагаю тебе прогуляться. Тут недалеко, если порталами.

– Я не полезу в твои порталы!

– Клянусь честью и всяким прочим, что верну тебя в целости и сохранности. А в залог оставляю отца.

– В какой ещё залог?

– В обычный…

Тут я бесцеремонно указал пальцем на парочку, что вот уже пятнадцать минут прогуливалась мимо и глазела по сторонам. Либо отношения этих молодых людей целиком и полностью построились на общей одержимости липами, либо же…

– Это ведь твои люди, верно? – задал я риторический вопрос. – И это только те, которых я сумел заметить. Уверен, что у тебя тут целая рота по кустам сидит.

– Хм м…

– Только можно я здесь постою, ладно? – уточнил батя, плотоядно поглядывая на приближающуюся толпу китайцев.

– Хм м м…

Кольцов выдержал паузу. Не театральную, вовсе нет… реально думал и взвешивал все за и против.

– Ладно, Апраксин, – наконец сказал он. – Даю тебе один шанс.

А затем достал из кармана брюк ма а ахонькую такую рацию и предупредил своих, что собирается на время исчезнуть. Не посоветовавшись со мной, он велел начинать «предпринимать меры», если не вернётся через полчаса.

Что ж…

Этого времени должно хватить.

А теперь, – внимание! – вопрос: на что хватить?

На разговор, ни больше и ни меньше; я не врал. Дальнейшая судьба Кольцова сейчас зависела сугубо от его поведения и от того, насколько хорошо он умеет всасывать неприятную и неудобную для него самого информацию.

Вчера вечером под коньяк, – пока ещё все были при памяти, – у нас состоялся совет племени, на котором выступил каждый. Удивительно, но почти всё моё семейство высказалось против расправы.

Ну а главным голосом, естественно, был голос матери. Видимо, она настолько утолила свою жажду мести на Серафимушке, что даже попыталась оправдать его сына. А может и не в жажде мести было дело, а в чистом воздухе и размеренном быте Дракон Коньячного…

– Ну сам посуди, Ярослав, – говорила она. – То, что он сделал то, что сделал… я имею ввиду попытался захапать себе сильных магов уников, так оно ведь логично, не правда ли? Человек увидел выгоду, человек попытался эту выгоду реализовать. Так ведь и поступают нормальные люди, не правда ли? А нагадить он вам толком и не успел…

– Угу, – нахмурилась Сонька; она была чуть ли не единственной, кто показал «палец вниз».