Изменить размер шрифта - +
Как близок я уже был к тому, чтобы уехать из Москвы! Но, черт подери, так и не получилось. Машина с азербайджанскими номерами, в которую я забрался, сломалась, надо было делать ремонт.. еще хорошо, что я сумел выбраться незамеченным из фургона. Да, меня сейчас, наверное, ищут, ведь я вдобавок пристрелил мента, а этого они не прощают. И надо же было ему подвернуться под руку, придурок! Но ничего, ничего, Аллах милостив, выберусь и из этой передряги. Они еще обо мне вспомнят, вздрогнут, услышав мое имя!»

Вечером Рафик и старуха Фатима сидели за круглым столом. Впервые за многие годы она накрыла стол в гостиной и выставила гостевую посуду.

— Ешьте, тетушка Фатима, мы же с вами одна семья.

Спасибо вам.

— Это тебе спасибо.

Выпив коньяка, вкусно поужинав, уже за чаем Рафик сказал:

— Тетушка Фатима, у меня к вам просьба. Для того чтобы мне отсюда выбраться, вам придется съездить в Азербайджан.

Старуха всплеснула руками:

— Я до магазина чуть дохожу!

— Другого выхода нет. Вам самое большое, придется пешком спуститься из квартиры на улицу, есть же у меня деньги, закажем такси, билеты на самолет доставят домой. На вас никто не обратит внимания.

— Самолетом я не могу, вон они как бьются!

— Ну тогда поезжайте поездом, — Рафик понял, старуху не переубедить.

— Поездом— старуха постаралась припомнить сюжеты новостей, где бы говорилось об авариях на железных дорогах, но авиакатастрофы явно в них преобладали, — тоже страшно.

— Хотите, купим билеты на все купе, там замок есть.., изнутри замкнетесь.

— Боюсь я.

— Надо, очень надо.

В конце концов, после длинного разговора, старуха дала согласие. Скорее всего на Фатиму повлияли не те доводы, которые приводил Рафик, а то, что у нее появилась возможность, может быть, в последний раз побывать на родине. Увидеть родню, пройтись по тем улицам, где когда-то ходила молодой. Вся поездка щедро оплачивалась, и Рафик пообещал дать старухе столько денег, что ей хватит до конца дней. А это был тоже довольно-таки весомый аргумент.

— А ты позвонить не можешь? — сказала она, взглянув на телефон.

— Куда позвонить? — насторожился Рафик.

— Домой, ну, чтобы братья сами смогли приехать.

— Нет, этого нельзя делать, тетушка, возможно, телефон прослушивается.

— А кто прослушивает?

— Есть кому, — почти ласково сказал о своих врагах Рафик.

— Ну, тебе виднее. Я тебе помогу, — и старуха стала собираться.

А через три дня такси, вызванное к подъезду, завезло ее на вокзал. Перед тем как покинуть квартиру, Фатима закрыла дверь в кабинет своего мужа, а ключ положила в кошелек.

Продуктов было закуплено, как на свадьбу, столько, сколько вмещал старый холодильник, и еще килограммов десять мяса лежало на балконе.

«Так что за продуктами в магазин Рафику ходить не придется». — С волнением старая Фатима покинула свою московскую квартиру, из которой не выбиралась уже лет двадцать пять.

Рафик остался один. Дни проходили в унынии и тоске, в бесплодном ожидании. Телефон молчал, словно был обрезан шнур. Рафик время от времени снимал трубку, чтобы убедиться, работает аппарат или нет. Телефон работал, из трубки слышались гудки.

— Хоть бы позвонил кто…

Звонить самому Рафику было не с руки, да он и не собирался это делать, слишком он был осторожен и понимал, что сейчас его ищут так тщательно и настойчиво, как не искали никогда. Рафику было куда позвонить, и телефоны верных людей он знал. Но понимал, что там уже, вероятно, побывали люди Чекана и милиция.

Быстрый переход