Всовываю своё тело в щель, голова… голова… голова… Шершавый металл оцарапал кожу на виске, но просунуть голову получилось. Некстати пришла в голову байка о йоге, что сбежал из тюрьмы через окошко в двери камеры. Я не йог, но… грудь у меня широкая, раньше я считал это плюсом. Максимальный выдох, потом нажать, металл скребёт по груди, в одном месте потекла кровь, но капля невелика, просто какой то заусенец на двери. Ещё немного – вот он я!

Первым делом вскидываю револьвер и осматриваюсь. Ага, никого. Я по прежнему в подвале, вот только наверху приличная дыра, видимо, от попадания артиллерийского снаряда. Последствия всё той же бойни пять лет назад. Собственно, поэтому тут и светло, хотя свет тусклый, но он тут всегда такой. Ну, одной проблемой меньше. Я на основной территории завода. Правда, так и не понял, какая нужда заставила выносить часть строений отдельно. Теперь стоит произвести разведку и выяснить, почему эта территория раньше была недоступной.

Но сначала одеться. Просовываю руку в недра подвала, выгребаю всё наружу. Одежда даёт хоть какое то чувство защищённости. И куртку сварщика тоже сверху напялю, пусть жарко, зато так спокойнее.

Ухватив обрез двумя руками, поднимаюсь по лестнице. Можно было попробовать вылезти через пробоину, но после того, как надорвался с дверью, на акробатику не тянет совсем. Пойду через парадный выход. На выходе пришлось остановиться. Свет снаружи, какой бы тусклый он ни был, бил по глазам. Пришлось присесть у стенки и подождать. Так, что имеем? Просторный холл, из которого два выхода. Один ведёт наружу, второй, если я правильно понимаю, в глубины корпуса. Куда?

Решил сначала выглянуть наружу. Ага, завод, как завод, не представляю, что тут производили, но территория обширная. Огромные корпуса, каждый с пятиэтажный дом, труба до неба из красного кирпича, в одной стороне находится железнодорожный тупик, отсюда видно плохо, но явно рельсы. В двух местах территорию пересекает теплотрасса, с которой местами сорвана изоляция.

Казалось бы, идиллия, мёртвый завод, наверняка, куча полезных ништяков, цветмет там, аппаратура исправная, может быть, станки, которые можно разобрать и вытащить отсюда. Можно было бы, если бы. Это самое «если бы» тут ключевое. Пространство между корпусами затянуто той самой паутиной. Нити, в отличие от прошлых, натянуты туго, при этом никакого порядка не наблюдается. Некоторые натянуты низко, другие – на высоте в два человеческих роста, вдоль и поперёк, вертикально, горизонтально и наискосок. Расстояние между ними немалое, человек пролезет. Пролез бы, если бы это не было смертельно опасно. Отдельный вопрос, который я так и не выяснил: а кто автор всего этого великолепия? Паутина подразумевает паука. Или пауков. Толщину нитей можно экстраполировать на размеры паука. Если обычный плетёт паутину толщиной с волос, то какой делает толщиной в руку?

От таких мыслей слегка передёрнуло. Фантазия богатая, живо представил восьминогое существо с длинными мохнатыми лапами, которое заматывает меня в кокон… Тьфу! Мерзость!

Идти куда либо в таком месте расхотелось сразу. Что тогда? Тогда попробую подняться выше и осмотреть территорию сверху. Сдаётся мне, что передо мной только малая часть картины, очень может быть, что с большой высоты увижу что то полезное.

Вернувшись, я отправился вторым путём. Прошёл раздевалки и столовую. Потом вышел в цех. Станки, станки, снова станки. Чуть дальше сборочная линия. Что именно собирали, понять невозможно, но всё оборудование новое. Местами тронуто ржавчиной, но, уверен, стоит подключить электричество, и всё заработает. Стоят ящики с какими то деталями, опять же, знаний не хватает оценить. Впрочем, может быть, производили только комплектующие, а окончательная сборка была в другом месте.