— Почему?

— Потому что если чужой стихии в мертвеце будет меньше, то смерть как основа вытолкнет ее за пределы плетения.

— И что это значит?

— Это значит, что, добавляя огонь, ты придаешь мертвецу ауру огня, которая на функциональна, и на поведение никак не будет влиять, — развел руками учитель и указал на склеп. — А пока я продолжу лекцию, закрывая пробелы от твоей лени, ты можешь начинать чертить призыв Балаа вокруг того склепа.

Бом тяжело вздохнул и, перехватив лопату, отправился к указанному строению.

— И чем же магия огня тогда поможет? — спросил он, начиная вычерчивать рисунок лопатой.

— Тем, что обычный клирик не задумываясь применит заклинание упокоения мертвых, кое не требует много сил и достаточно простое. Конструкты там самые обычные и предназначены для рассеивания силы смерти и разрушения таких же конструктов. Чуешь подвох?

— У меня будут мертвые с плетениями?

— Именно! Первый фактор — твои мертвецы будут не стихийными, а вполне себе поднятыми с плетениями внутри. Это значит, что твои мертвецы будут полностью игнорировать старания недалеких клириков.

— А если они ударят стихией? Тем же лучом света?

— Во-первых, луч света берет на порядок больше силы, чем упокоение, а во-вторых, таким лучом можно уничтожить одного, двух… ну, пусть будет четверых мертвецов. А у нас, между прочим, старое кладбище в распоряжении.

— А если они что-то массовое бахнут?

— Если они бахнут что-то массовое из света против нежити, то спалят огненную ауру, которая будет на твоих мертвецах, — развел руками упырь. — Конечно, можно бахнуть и второй раз, но на это нужно время. А вот для этого нам понадобится… Что?

— Эм-м-м… — Бом обернулся к учителю и состроил задумчивую мину.

— Не делай такое лицо. Иначе окружающие могут решить, что ты умеешь думать, — язвительно заявил Роуль. — Трактат Самуила «Конструктора». Семьдесят вторая страница.

— Я на пятьдесят пятой…

— Скор-р-р-рость, — раздраженно произнес Роуль. — Одна из важнейших преимуществ твоих мертвецов. Именно она даст твоим мертвецам возможность добраться до этих святош и как следует выдавить им глаза и оттяпать хороший кусок от их задницы.

— А чего сразу глаза давить? — опустил голову Бом.

— Хороший клирик — слепой клирик, — фыркнул Роуль. — Трудно убить мертвеца, знаешь ли, если ты его не видишь. Только бить по площади или массовыми конструктами, на которые им никто не даст времени. Я уж не говорю про возможность.

— Я понял, — кивнул парень, продолжая чертить линии на земле.

— Еще. Что еще сделает твоих мертвецов грозным оружием?

— Когти?

— У кошек тоже есть когти, но от этого они не стали опасными хищниками.

— Зубы? Клыки? Сила? — парень повернулся к учителю и, поймав взгляд красных глаз, втянул голову в плечи.

— Мозг. Одно из самых важных оружий твоих мертвых воинов.

Роуль вздохнул и, сложив руки за спиной, пустился медленным шагом вокруг нарисованных знаков.

— Твой мертвец гонится за убегающими паладинами. Те нырнули в дом. Что будет делать твой мертвец?

— Тоже бросится в нутрь?

— Да. А если дверь закрыта?

— Он будет в нее ломится.

— Отлично. А что бы ты сделал?

— Тоже бы ломился… Хотя для начала я проверил бы окно.

— Надо же, у тебя есть проблески разума, — фыркнул учитель.