Когда Ипша ушла, Младший захотел, чтобы подняли старшего Лохматого.

– Давай поднимать, – согласился чужак. – А ты придумал как?

– Придумай ты. Это легко. А я сделаю, – сказал Младший.

– Ищешь тяжелой работы?

Чужак засмеялся, и у меня ветер пробежал по спине. Точно так же смеялся мой отец перед дракой. Он всегда говорил, что после Чаши Крови и боя, когда Ипши отбивали пленников, ему уже бояться нечего.

Младшему тоже не понравился смех чужака, как не понравилось то, что чужак придумал.

– Не нравится? – Мягкотелый шевельнул плечом. Совсем как Старший из Медведей. – Тогда придумывай сам. Только думай быстрее.

Сказал – и потянулся, как кот. И подниматься со стены не стал. Еще и руку под голову подложил.

Нашел место, где отдыхать!

Что‑то такое проворчал Младший, когда так и не смог дотянуться до соплеменника. Между их руками оставалось не меньше клима. А так высоко Медведю не прыгнуть. Даже молодому Медведю.

И Младший согласился с придумкой чужака. Повис вниз головой, держась ногами за стену. А мы навалились на его ноги, не давая им соскользнуть. Я слышал, как Старший вбивает копья под стеной, но не стал говорить, что они его не выдержат. Меня не спрашивали. Да и злить Медведя станет только глупец.

Копья сломались.

Но Старший успел схватиться за руку соплеменника.

Потом Медведь лез, а мы держали. Мы держали, а он лез...

20

Зовущая из клана Кугаров

В этот вечер я узнала много нового: как убежать из Крепости, как забраться на высокую стену, как поднять неподъемную тяжесть. И еще, и еще... Только зачем все это Зовущей? Я ведь не наставник воинов. Но главное – я жива и свободна, если забыть про ошейник. Жив и свободен Адри. Хоть и тоже в ошейнике. Чарутти легко снимет их, когда мы доберемся до клана. Если доберемся. Пока мы снаружи Крепости, и до восхода хосты не выйдут за стену. Даже если пленники затоптали охрану и вырвались за ворота. После восхода хосты тоже не погонятся, но скажут о беглецах Ловчим. А уж те...

– И куда теперь? – спросила я чужака.

Может, он знает, где спрятаться от Ловчих? Ведь сумел вывести из Крепости...

– Туда. К горам, – ответил чужак и показал рукой на холмы.

Младший из Лохматых негромко фыркнул, а вот мне смеяться не хотелось.

– Ты совсем сбесился? Там же пустыня!

Даже в начале ночи из холмов несло горячим ветром.

– А за пустыней горы, – уверенно сказал чужак.

Будто видел эти горы. А я, как глупыш‑сосунок, не вижу дальше своего носа.

– Ты вытащил меня из клетки, чтобы я сдохла в пустыне?!

Шаг за шагом чужак отходил от стены, а я шла за ним. Не будешь же стоять на месте, когда тот, с кем говоришь, куда‑то идет.

– Ты знаешь, что за твари живут в пустыне?! – Я уже кричала, а чужак молчал. Шел и молчал. – Даже Ипша не справится с ними! Даже Повелители! – Чужак молчал. – Если удача улыбнется – тебя быстро сожрут. И ты не будешь подыхать несколько дней. В пустыне полно тварей, что любят тухлятину. А иногда в пустыне бывают Ловчие. И за нами они точно поедут! Хосты заплатят. После того что ты сделал в Крепости, они...

Чужак резко остановился. Я остановилась не сразу. Пришлось возвращаться. А он стоял и смотрел на меня. Я знала, что он меня видит. Мало ущербных, что видят в темноте. Как мало ущербных, что убивают своими мягкими, слабыми пальцами.

– Я. Никого. Не звал. За собой, – сказал чужак, когда я подошла. Тихо и медленно сказал. Словно никуда не спешил, словно не говорил, а жесткое мясо рвал, кусок за куском. – Я. Никого. За собой. Не тяну. Каждый идет, куда хочет.