Он отвернулся от меня.

— Ты не сдержал слово, данное матери, пожертвовавшей собой, — хмуро произнёс я.

— Я никого не убил собственноручно, — парировал он. — То, что произошло с Глебом, в самом деле несчастный случай. Я не смог его усилить, а вместо этого сжёг. Правда, в последний момент я попытался поглотить его… душу. Ведь мать и отец жили в моём Сосредоточении, порой я слышал их голоса. Мне было не жалко пустить к ним их младшего сыночка.

— Если бы я думал, что это Метки заставляют людей творить зло, я бы тебя пожалел, — спокойно произнёс я. — Но я уверен, что Метка — лишь инструмент. Пистолет сам не убивает. Сам по себе он бесполезен. А ты сам по себе тот ещё мудак, который не справился с давлением отца. Ну и отец наш тоже тот ещё мудак…

— Жёстко, — хмыкнул Константин, обернувшись через плечо. Взгляд его стал серьёзным.

— Говори, — спокойно произнёс я.

— Я не отрицаю, что сделал много зла, — сказал он сдержанно. — Но я прошу тебя… Не карай сильно тех, кто шёл за мной. Это я сделал из Романа главу Ордена Разочарования, я поддерживал исследования Шраеров…

— Никто не заставлял этих людей быть террористами, — холодно произнёс я. — К тому же Влад прикончил Романа и сейчас плачет над его трупом. А что до Шраеров… поверь мне, я не собираюсь впустую тратить такие мозги. Они нужны империи. Но свободны они никогда не будут.

Я невольно вспомнил мощное заклинание, уничтожившее Землю. Да, это случилось в далёком альтернативном будущем, и потому что Земля истлела. Но что, если обладатели этого заклинания решат наш мир захватить?

Мы должны быть готовы. Хорошо, что у нас есть Время и Пространство для исследований. И Шраеры на цепи мне в этом помогут.

— Ясно… — тяжело вздохнул Константин. — Но мои жёны? Они никого лично не убили! Да, помогали мне с транспортировкой войск и с другими мелочами, но… Пожалуйста, Максим, я умоляю тебя — не казни их.

Он медленно опустился на колени и склонил голову.

И этот человек буквально только что хотел использовать жён для ритуала, рискуя их жизнями?

Да уж… у него в самом деле не все дома.

— Тех из них, кто готов присягнуть мне и империи, я оставлю в живых, — произнёс я спокойно. — Но, будь уверен, до конца жизни они будут под надзором.

Константин сжал зубы и кивнул.

— Приемлемо, — процедил он. — Возможны те же условия для моих вассалов?

— Возможны, — так же ровно ответил я.

Константин улыбнулся и поднялся на ноги.

— В моём кабинете за твоим портретом лежит завещание, — огорошил меня он.

— Серьёзно? — удивился я. — И там то, что я думаю?

— Да, брат. Я ведь не мог идти на рисковое дело, не оставив распоряжения, кому доверить трон? А ты у меня как-никак последний наследник предыдущего императора. И первый наследник императора нынешнего — меня. Хотя, теперь уже ты сам император. Прощай, брат. Я… рад, что меня остановил именно ты. Прощай. Голоса зовут меня.

Он помахал рукой и направился прочь из беседки. Он шёл по цветущему саду, с каждым шагом меняясь внешне. Вот вместо сильного мужчины идёт, срываясь на бег, щуплый юноша. А вот со всех ног вперёд бежит и вовсе подросток.

Он бежал к трём фигурам, что стояли в закатном солнце. Женщина, мужчина и маленький мальчик махали ему, ждали его.

Ждали, чтобы вместе уйти.

Эпилог

Что может быть лучше Нового Года?

Правильно — свадьба под Новый Год!

А ещё и День Рождения.