Телефон. Чистая стеклянная кабина, открытая в сторону газетного киоска. Мелстед, откинув полу пальто, шарил по карманам в поисках мелочи. Чемберс, нырнув в кабину, сунул кредитную карточку в щель автомата, быстро набрал нужный номер. Годвин ответил сразу. Мелстед взял пару газет, сунув их под мышку. Положил мелочь. Билет еще не покупал.

– Да?

Группа бизнесменов с пригородного поезда заслонила стоявшего у киоска Мелстеда. Мелстед отошел в сторону и, сняв шляпу, стал разглядывать расписание отправляющихся поездов.

– Юстон. У него чемодан, в данный момент смотрит расписание. По-моему, билета нет. Что от меня требуется?

Пауза... Мелстед, надев шляпу и держа подбородком газеты (чемодан у ног), снимает пальто. Чемберсу слышно, как Годвин что-то тихо говорит, наверное, Обри, потом:

– Если он собирается уезжать, лучше его задержать. Но сделать надо аккуратно, вежливо, Терри. Скажите, что сэр Кеннет хотел бы с ним переговорить еще раз.

– О'кей.

Куча людей все еще у киоска, с одной из платформ хлынула толпа пассажиров пригородного поезда. В зале стало многолюднее. Распахнутые пальто, портфели, газеты. У кондитерского буфета рядом с залом ожидания поездов дальнего следования развалился оборванец. Под расписанием поездов темное пальто, шляпа и чемодан Мелстеда. Годвин дал отбой. Чемберс, казалось, видел Мелстеда, как и секунду назад...

...Казалось.

Он вывалился из кабинки, ухватившись за дверь, чтобы не упасть. Снова паника. Обвел взглядом выходы на платформы, билетную кассу, газетный, цветочный и книжный киоски, буфет, пустые окна верхнего зала ожидания, эскалатор метро – шляпа, темное пальто, где они, черт побери!

Потом его осенило. Мелстед снял пальто. Он знал, по крайней мере подозревал. Теперь он как в воду канул.

Чемберс побежал к газетному киоску.

15

Все сердечные тайны

Он понимал, что женщина будет все больше приходить в отчаяние, понимал, как ей страшно. Дело было не в его собственных заботах и тревогах, не в его ярости из-за того, что, несмотря на оставленные рукой Фраскати сноски на карте и указание глубины, он так и не обнаружил обломки автофургона с пультом управления. Нет, даже не в его собственном безнадежном отчаянии, с каким он, закутавшись в длинное теплое пальто и прислонившись к скале, вновь и вновь проверял расчеты для нового погружения. Дело было в женщине на том берегу...

...Встревожив его, в одном из окон дома появился свет. Он зачарованно смотрел на него, пока тот не погас. Негромкий стук мотора катера, патрулирующего у того берега устья Макклауд, прерывался завыванием ветра, разгонявшего облака, образуя широкие, усеянные звездами дыры. Чтобы не думать о женщине, он, дрожа, вновь принялся внимательно разглядывать часы, будто с точностью измерял содержание в крови избыточного азота. Прежде чем без угрозы для здоровья снова пойти на глубину, нужно подождать еще пятнадцать минут. На пребывание на дне останется не более тридцати минут, потом надо начинать подъем в целях декомпрессии, затем еще один, более длительный, вынужденный отдых, так что на берег он выберется уже после рассвета. Он медленно сжал кулаки, разжал их, повторив движение несколько раз. Зачем снова идти под воду? Все равно не найдет. Тогда зачем?..

"Но Фраскати нашел, фургон там!" – неистовствовал он, обхватив плечи руками, сгибаясь и раскачиваясь из стороны в сторону, чтобы умерить свое отчаяние. Фраскати пометил его на карте, он был там, на дне!

А ты не можешь отыскать.