Изменить размер шрифта - +
Как бы то ни было, я завязала с мальчишками, пока не стала половозрелой.

—Ты ведь простила Оуэна? — поинтересовалась Хоуп.

—Конечно. К тому же не обязательно, чтобы первая любовь девушки становилась и ее последней, да? — Махнув рукой, Эйвери отрезала ломтик сыра «Гауда» и отправила в рот. — Особенно если парень — придурок.

—Ну-ну, не будь к нему строга. — Клэр потрепала Эйвери по руке. — Возможно, он смущается, не знает, как себя вести. Ты много для него значишь. И для других Монтгомери тоже.

—Угу, — вздохнув, кивнула Эйвери. — Поцелуй был хорош. Оуэн многому научился с тех пор, как ему было восемь. Или я научилась. Наверное, мы оба. Я бы с ним еще поцеловалась.

—Неужели? — спросила Хоуп, откусив яблока.

—Конечно. Я ведь не дура. Насколько мне теперь известно, он великолепно целуется. И выглядит классно.

—Ты бы с ним переспала? — не отставала Хоуп.

—Хм-м, дай подумать. — Эйвери подцепила кисточку кислого зеленого винограда. — Мы сейчас взрослые, ни у меня, ни у него никого нет. Да, возможно, если только мы оба сознательно примем это решение. На Оуэна можно положиться. Очень важно знать, что ты с тем, кому доверяешь.

Она съела виноградину и ухмыльнулась.

—К тому же он хорош собой.

—Слушаю тебя и радуюсь, что я не по этой части, — довольно произнесла Хоуп, усаживаясь с бокалом вина в кресло.

—Долго не продержишься. — Эйвери покачала головой. — Ты красивая, умная... и женщина.

—Меня сейчас не интересуют отношения, и вовсе не из-за козла Джонатана. Сейчас я хочу заниматься только гостиницей, стать лучшей в мире управляющей и сделать это очаровательное место еще прекраснее. Мужчины, свидания, секс? Для меня их не существует!

—Не зарекайся, — предупредила Клэр. — Даже самые мудрые планы могут пойти прахом.

—Вряд ли. Что-что, а планировать я умею.

 

 

Оуэн не выспался, что ему сильно не понравилось. Он всегда хорошо спал и считал хороший сон таким же полезным навыком, как плотницкое дело или сложение в уме многозначных чисел. Однако вместо того, чтобы отключиться после целого дня работы, изнурительной часовой тренировки и расслабляющей горячей ванны, он спал тревожно, время от времени просыпаясь и ворочаясь.

Когда-то он дал себе слово не работать по выходным, но что делать человеку, который вылез из постели еще до рассвета, чем себя занять? Дом был в идеальном порядке. Оуэн всегда следил за чистотой, но из-за хлопот с гостиницей последние две недели приходил домой только переночевать. Даже он не мог найти, к чему сейчас придраться.

Свое жилище он спроектировал вместе с Бекеттом, пару идей подбросили Райдер с матерью, кое-что Оуэн подглядел в доме, который Бекетт уже достраивал. Оуэну нравилось, что семья рядом, хотя заросший лесом участок, где стоял дом, давал возможность жить достаточно уединенно. Еще Оуэну с его деятельной и рациональной натурой пришлась по вкусу большая открытая кухня-столовая, которая легко превращалась в гостиную и зону развлечений, когда кто-нибудь заходил в гости. Прачечная комната слева служила одновременно кладовкой, а в плохую погоду там оставляли грязную обувь и промокшую одежду. Оуэн свято верил в многофункциональность.

Надев только свободные фланелевые штаны, он стоял в дверях просторного патио и пил кофе, смолотый и сваренный элегантной и практичной кофеваркой, которую подарил себе на последний день рождения. Райдер называл ее Хильдой, утверждая, что все блестящее и сложное — непременно женского рода.

Обычно первая чашка крепкого кофе доставляла Оуэну удовольствие и заряжала бодростью на предстоящий день, но сегодня ничего не могло вывести его из мрачного настроения.

«Эйвери сама странная», — сказал он себе, как говорил несчетное число раз за бессонную ночь.

Быстрый переход
Мы в Instagram