Именно он заметил Ундину первым. Еще в детстве он знал ее по футбольной команде, и она всегда нравилась ему: чем больших успехов она добивалась, тем сильнее он восхищался ею. Раньше он никогда не задумывался над тем, красива ли она — хотя если бы его спросили, он бы охотно это подтвердил, — но сегодня вечером красота Ундины по-настоящему открылась ему. Окружавший ее сумрак, шаловливая улыбка, сиявшая на лице, придавали ей нечто царственное и притом неотразимо сексуальное.

— Красотка, — выдохнул он еле слышно.

Никс проследил за его взглядом.

— Родители оставили ее одну на целый год, — прошептал К. А., осматривая помещение. — Кажется, это пошло ей на пользу.

Как и любой ученик в школе, он слышал о том, что родители Ундины уехали по делам, оставив свою семнадцатилетнюю дочь одну в год окончания школы, но К. А. подумалось, что Ундина только сейчас осознала, какие огромные возможности открывает перед ней их отъезд. Она казалась повзрослевшей и полной осознанной уверенности в себе. Именно таким стремился стать и сам К. А., но совершенно не представлял, как этого добиться. Она стояла возле кухни, разговаривая со знакомым ему взрослым парнем и одновременно следя за вечеринкой — за домом, картинами ее матери, висевшими на стенах, за стереосистемой, к которой гости подключали свои айподы. Заметив К. А., она тут же к нему подошла.

— К. А.! — засмеялась Ундина и сделала легкий поворот кругом. — Довольно тесно, правда?

— Черт возьми, Ундина. — К. А. окинул взглядом танцующих подростков. — И кто, блин, это все устроил?

— Ну, твоя сестра мне помогала. И конечно, Нив тоже тут.

Ундина улыбнулась и глянула через плечо на Нив, которая стояла в дверях, разговаривая с другой девушкой. К. А. попытался сохранить невозмутимое выражение лица, глядя в сторону своей подруги, но прикусил губу.

— Нив, говоришь?

— «Нив, говоришь»? — Ундина расхохоталась. — Да, «Нив-говоришь» тоже помогала. Но на самом деле во всем виноват Мотылек. Он купил нам выпивку и распустил слухи — по крайней мере, я так предполагаю. — Она покачала головой и окинула взглядом зал. — Ты знаком с ним?

К. А. кивнул:

— С Джеймсом Мозервеллом? Этот парень все еще тут? Я слышал, его вышвырнули из Орегонского универа несколько лет назад за какую-то крупную аферу с «пыльцой». — К. А. пожал плечами. — Так значит, это ему надо спасибо сказать? Полагаю, ты этот народ видишь впервые. А ты определенно бежишь нынче в первых рядах, маленькая нападающая правого фланга Ундина.

Ухмыльнувшись, К. А. приобнял девушку одной рукой; она засмеялась и опустила глаза.

— Да уж. Мотылек напоролся на нас с Морганой в винном магазине, и то, что задумывалось как междусобойчик, превратилось в вечеринку года. Бога молю, чтобы хватило выпивки. А народ все продолжает прибывать. Не будь мне так весело, я бы просто с ума сходила. Но никто не жалуется, и, похоже, все наслаждаются обществом друг друга.