— Он здесь, — прошептала Эола, словно инопланетянин мог ее услышать.

— Садимся, — так же тихо ответил Майк.

Приземлившись, НЛО встал на телескопические треножники. Оставив Эолу в безопасном месте, Майк, вооружившись бортовым бластером, спрыгнул на грунт, пристально вглядываясь в темноту.

— Идем, — приказал он Габриэлю.

Отойдя от НЛО, Норман протянул Смарду свой револьвер:

— На, держи. Надеюсь, ты умеешь обращаться не только с гнилыми арбузами?

Пройдя еще с полмили, Майк увидел патрульный челнок инопланетного дезертира. Он стоял между двух барханов на коротких выдвижных ножках, глубоко ушедших в песок. Его панорамные окна были ярко освещены.

Спрятав оружие под полой, Майк постучал в обшивку. СН-243 поднялся с антигравитационного кресла. Он обожал пугать людей. Его забавляло, когда, увидев его, они падали в обморок или седели на глазах. Неуязвимость и безнаказанность со временем сделали его беспечным. Разве мог он предположить, что у трапа стоит один из лучших полицейских Земли, вооруженный лучевым пистолетом.

Открыв пассажирский люк, СН-243 ступил на землю, и тотчас бластер Майка уперся ему в грудь. Норман увидел лицо инопланетянина. Он знал что оно будет ужасным, и все же то, что предстало перед ним, превосходило все мыслимое. И Майк растерялся, может быть, всего лишь на одну тысячную секунды. Но монстр отлично ею воспользовался. Выбив оружие у Нормана, он занес над ним импульсную металлическую клешню.

— На! — Габ кинулся под ноги инопланетянину.

Тот покачнулся и посмотрел вниз. Этого было достаточно! В ту же секунду бластер снова был в руках Майка, и ослепительный луч рассек пополам тело хозяина «кровати любви»…

Габ кинулся в люк и вынес оттуда все еще не очнувшуюся девушку. «Какое счастье, что она не увидела этого монстра», — подумал он.

Загрузив в трюм трофейный космический челнок — свидетельство очередной победы, Майк был все же не в духе. Отважный полицейский тяжело переживал свою растерянность, которая едва не погубила их всех. Сидя в стороне от пульта управления НЛО, он хмуро наблюдал, как Эола обучает Габа выключению защитного поля «кровати Сатаны». Зная о пагубных наклонностях Смарда, она внесла в ее схему существенную поправку. Теперь кровать включалась только при обоюдном согласии партнеров.

Повеселевший, снова поверивший в свои силы, Смард направился было в каюту, где приводила себя в порядок пережившая глубокий шок Наташа. Но дорогу ему преградил Майк:

— Стоп, парень, — он властно положил руку на плечо Габриэля, отныне, прежде чем явиться, ты будешь спрашивать у женщин, хотят ли они тебя видеть.

— Но, Майк, мне обязательно надо с ней поговорить, ну, пожалуйста, взмолился Смард.

— О'кей, это будет только в Нью-Йорке, — ответил Норман тоном, не допускающим возражений.

* * *

Спустя неделю Габ все же уговорил Нормана договориться о визите к Наташе. Он не без основания полагал, что одного его она вряд ли захочет видеть.

В самом деле, открыв дверь Майку, она с неудовольствием обнаружила, что он пришел не один…

Тем не менее, следуя правилам традиционного русского гостеприимства, она пригласила обоих в гостиную. После сбивчивых объяснений Габриэля девушка некоторое время сидела в молчаливой задумчивости.

— Знаете, Габ, — начала наконец она, — в моей стране правил кровавый тиран. Официальная пропаганда признала его преступления против общества, но для многих он остался аскетом, приличным человеком в личной жизни. Так думала и я. Но вот однажды к отцу пришел товарищ — художник. Я была еще мала, но их разговор помню отлично. Художник рассказал, что в молодости тиран имел дело с полицией по поводу… Вы меня понимаете? Потом он был бандитом, грабил банки, для себя и своей партии.