Она отметила, что он не вызвал слугу. Вероятно, не хочет, чтобы ее травма возбудила любопытство прислуги.

Зандро быстро вернулся, принеся миску с измельченным льдом и полотенце. Сделав холодный компресс, он опустился перед Лией на корточки и, плотно обмотав тканью ее запястье, подоткнул конец, чтобы удержать его на месте.

– У тебя хорошо получается, – непроизвольно вырвалось у нее.

– Мне приходилось иметь дело со спортивными травмами.

В уголках его глаз залегло несколько мелких морщинок, худощавое лицо было чисто выбрито. От него исходил приятный слабый запах лосьона – пахло лесом. Черные волосы слегка вились. Он снял галстук и расстегнул верхнюю пуговицу.

Лие с трудом удалось отвести взгляд.

– Ты еще играешь? – спросила она.

Кажется, когда-то он был чемпионом по теннису.

– Только чтобы поддерживать форму. Положи ее сюда, – с этими словами он опустил руку Лии на подлокотник дивана, но она немедленно убрала ее и стала поддерживать другой рукой.

– Не надо. Обивка намокнет.

Зандро недоуменно взглянул на нее. Его семья так богата, подумала она, что для них испорченная обивка – это мелочь. Но он машинально сказал:

– Я принесу еще одно полотенце.

Принеся большое полотенце, Зандро сложил его так, чтобы вода не смогла протечь через него. Выпрямившись, он постоял некоторое время, испытующе глядя на Лию, и опустился на стул, глядя ей в лицо.

– Зачем ты здесь, Лия?

Она нерешительно провела кончиком языка по губам. Критический момент настал, это ее последний шанс отступить и уйти. Сделав усилие, она спокойно ответила:

– Я приехала, чтобы забрать моего ребенка. Он должен быть… со мной.

Что-то промелькнуло в глубине потемневших от злобы глаз.

– Ты думаешь, что я просто отдам его тебе, вот так?

– Я его мать!

– А я его законный опекун и должен стоять на страже его интересов.

– Ты имеешь в виду интересы династии Брунеллески?

Решительно сведенные брови слегка поднялись.

– Я вряд ли бы назвал семейное дело династией.

– Разве «Пантеон» не возглавляет список десяти самых богатых австралийских компаний? Сколько он стоит? Несколько миллионов? Или миллиардов?

Зандро бросил на нее пронизывающий взгляд.

– Так вот в чем дело! – Бархатный тембр больше не скрывал металлических нот в его голосе. – Ты явилась сюда вовсе не ради сына, не так ли? Давай не будем притворяться, ладно?

Лия посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Спазм свел ей желудок.

– Как ты сме…

Но он не слушал ее.

– Ты надеешься, что мы заплатим тебе, чтобы ты снова уехала и оставила его нам.

Лия в гневе вскочила на ноги.

– Ты даже хуже, чем я думала!

Зандро тоже поднялся, и они обменялись ненавидящими взглядами.

– Я мог бы возвратить тебе этот комплимент, – язвительно сказал он и, помолчав, добавил: – Если я ошибаюсь, то скажи, что тебе нужно на самом деле?

– Мне нужен Доминик! Мне нужен… мой сын.

– Ты отказалась от него.

Жестокое напоминание, которое еще сильнее ожесточило ее.

– Я была не в себе, я не сознавала, что делаю.

– А сейчас, – спросил Зандро с убийственной иронией, – ты в себе, Лия? Неужели ты надеялась похитить Ники?

Ники? Кто такой?.. Потом ее осенило. У Доминика появилось уменьшительное имя.

– Я не собиралась похищать его! – Такая мысль приходила ей в голову, но она отказалась от нее.