– У нас должно быть наготове несколько планов, принц Спархок, – пояснил Оскайн. – Нам следует обдумать свои действия в каждом возможном случае, чтобы знать, что делать.

– Я уже знаю, что буду делать, ваше превосходительство, – угрюмо отозвался Спархок.

– Пока что мы не можем сделать ничего, – чуть поспешнее, чем следовало, вмешался Вэнион. – Все, что нам остается, – ждать следующего послания.

– Верно, – согласился Улаф. – Крегер собирался дать Спархоку указания, а по этим указаниям нам, быть может, удастся понять, кто же на самом деле стоит за похищением.

– Ты ведь тоже это заметил, верно? – спросил Берит у Халэда вечером, когда они готовились ко сну.

– Что именно заметил?

– Не притворяйся, Халэд. Ты замечаешь все, что происходит вокруг. От тебя ничто не ускользнет. Спархок и Сефрения вели себя очень странно во время разговора Флейты и Данаи.

– Ну да, – хладнокровно согласился Халэд. – И что из того?

– Тебе совсем не хочется знать почему?

– А тебе не приходило в голову, что это «почему» нас совсем не касается?

Берит пропустил эти слова мимо ушей.

– Ты заметил, как похожи эти девочки?

– Ты у нас знаток девочек. – Берит вспыхнул до корней волос и мысленно выругал себя за это. – Это ведь ни для кого не секрет, – продолжал Халэд. – Императрица Элисун – человек откровенный. Она не таит своих чувств – точно так же, как не скрывает сам знаешь что.

– Она хорошая женщина, – поспешил вступиться за нее Берит. – Просто она, как и все валезийцы, не привыкла соблюдать наши нравственные правила. Они просто не знают, что такое верность.

– Я ее и не осуждаю. Если ее поведение не заботит ее мужа, с какой стати оно должно заботить меня? Не забудь, что я сельский парень, а у нас на подобные вещи смотрят трезво. Просто на твоем месте, Берит, я не привязывался бы к ней слишком сильно. Со временем ее внимание может обратиться на кого-то другого.

– Это уже случилось, – ответил Берит. – Однако она не хочет прекращать нашу дружбу. Она намерена дарить дружелюбием меня и его – а также полдюжины других, о которых она не упоминала прежде.

– Миру нужно побольше дружелюбия, Берит, – ухмыльнулся Халэд. – Войн было бы куда меньше, если бы люди умели дружить.

Следующее письмо Крегера прибыло через два дня, и к нему был приложен еще один локон Эланы. Отчего-то Берита приводила в ярость одна мысль о том, что старый пьянчуга измывается над золотистыми волосами его королевы. Вэнион вновь прочел письмо вслух, покуда Спархок молча сидел в отдалении от всех, бережно сжимая в пальцах прядь волос жены.

«Спархок, старина! – начиналось письмо. – Ты ведь не против, если я буду называть тебя так? Мне всегда нравилось, как Мартэл подобным образом отбрасывал формальности, когда дело шло так, как он задумал. Пожалуй, это единственное, что меня в нем восхищало.

Довольно теплых воспоминаний. Тебе предстоит совершить путешествие, Спархок. Мы хотим, чтобы ты взял своего оруженосца и обычным путем по суше отправился в Бересу, город в Юго-Восточной Арджуне. За вами будут наблюдать, так что не прибегай ни к каким уловкам, не веди за собой Келтэна и прочих своих обезьян, не прихвати в кармане Сефрению в виде мышки или блохи и ни в коем случае не используй Беллиом – даже для того, чтобы развести костер.