Кит застонал.

- Как мило, - буркнула Голди. - Именно этого нам как раз и не хватало. Что может быть хуже бригады воинствующих феминисток, видящих единственную цель жизни в запихивании своей религии штыками в глотки всем остальным?

Ли выждал, пока Голди снова прицелится, и только тогда позволил бомбе разорваться.

- Помните сенатора Джона Кеддрика? Того типа, который запрещает все, с чем он не согласен? Он еще разглагольствует насчет угрозы, которую несет современному обществу туризм во времени? Так вот, похоже, "Ансар-Меджлис" похитил его единственную дочь. После того как застрелил его свояченицу и черт знает сколько еще народу в нью-йоркском ресторане. Теперь Кеддрик угрожает позакрывать все до одного функционирующие Вокзалы Времени, если только его детку не вернут ему живой и невредимой.

Удар Голди превзошел все ожидания. Пять шаров перелетели через борт и с громким стуком грохнулись об пол. От Голдиного ругательства с потолка посыпалась побелка.

- Ух ты, Голди! - Сочувствия на лице Роберта было не больше, чем у сытого кота. - Прошу прощения, графиня.

Ненавистное прозвище, которым одарил самую печально известную менялу Ла-ла-ландии Скитер Джексон, в сочетании с проигранной партией настолько разъярили Голди, что она лишилась дара речи. Она молча стояла с кием в руке, испепеляя антиквара взглядом и шипя, как упавшая в воду головешка.

Кит восхищенно покачал головой.

- Роберт, тебе просто цены нет! - Он взял свой кий, вернул пять шаров на сукно и спокойно обошел стол. Голди продолжала стискивать конец своего кия с такой силой, что Кит всерьез обеспокоился за его сохранность. Когда последний шар закатился в дальнюю угловую лузу, Кит церемонно поклонился, отставив руку вбок. - Спасибо, Голди, игра вышла просто восхитительная.

И протянул руку за выигрышем.

Все так же испепеляя их взглядом, Голди расплатилась и на негнущихся ногах вышла из комнаты - ни дать ни взять подбитый боевой корабль, под вражеским огнем возвращающийся в родной порт. Подмоченная репутация волочилась за ней словно хвост поломанного воздушного змея. Кит с ухмылкой спрятал выигранные деньги в карман, потом исполнил вокруг бильярдного стола джигу.

- Свершилось! Черт, наконец-то свершилось! Я побил саму Голди!

- Поздравляю, - усмехнулся Роберт. - Сколько десятилетий ты ждал этого дня?

Кит не клюнул на эту приманку.

- Ерунда, парень. Выпьешь со мной?

- А то!

Они вывалились в основное помещение бара, где как следствие неожиданного выигрыша Кита переходили из рук в руки неслыханные суммы. Бар наполнился веселым смехом: жители Ла-ла-ландии радовались победе почти так же, как сам Кит. Согласно местным легендам, в нынешнем тысячелетии - или сколько там Голди Морран проживала на станции - она не проиграла еще на бильярде ни одной партии.

Пробиваясь к стойке сквозь обступившую ее толпу алчущих посетителей, Кит повысил голос:

- Послушай, ты это серьезно - насчет угроз Кеддрика закрыть все вокзалы?

Улыбка исчезла с лица Роберта Ли.

- Увы, серьезнее не бывает.

- Черт. Этот тип - самый опасный политикан нашего века. Если он объявил нам войну, наше дело плохо. Очень плохо.

- Ага, - кивнул Ли. - Мне тоже так показалось. И беспорядки на станции тоже играют против нас. Мы будем напоминать зону военных действий. И так уже аккредитованные на станции съемочные бригады всех телекомпаний посылают в Верхнее Время с курьерами груды отснятого материала.

Кит нахмурился.

- Ну, если уж за дело взялись телевизионщики, Кеддрику даже не потребуется закрывать нас. Туристы сами сделают это за него, оставшись сидеть дома.

Вид у Роберта стал таким же озабоченным, как у самого Кита. Обоим в случае закрытия станции Шангри-ла было что терять.