Майко Рокудзё: ну и как вам эта японская экзотика?! Вообще-то, она родом не из Киото.

Катагири: в Нью-Йорке есть магазин японских продуктов с таким названием.

Пенелопа: имя супруги Улисса. В течение двадцати лет хранила мужу верность в Итаке.

Микаинайт: старшая сестра моего друга детства И. вышла замуж за эмигранта из Эфиопии и живет в Швейцарии, и ее сын Хаят называл своего двойника Микаинайт. Это не выдумки. Хаят – мальчик четырех лет, который говорит на трех языках. Общение с ним послужило источником большого вдохновения.

Рафаэль: так зовут одного моего знакомого еврея.

Миясита Таро: похож на Джули, популярного персонажа из парка Хибия. Прототипом для него послужил бомж-азиат, живущий в Центральном парке.

Тэцуя Нисикадзэ: прототип – дайвер с острова Южный Дайто. Япония – страна муссонного климата, обдуваемая сезонными ветрами. Ветер дует, не обращая внимания на границы между государствами. Он похож на перелетных птиц.

Три года назад я планировал написать научно-фантастический роман под названием «Повелитель снов». Однажды на Землю падает метеорит. Все ученые исследуют его, и единственный вывод, к которому они приходят: это обычный кристалл с нарушениями в структуре. Но метеорит обладает внеземным разумом. Его можно назвать метеоритным человеком, но этот разум не обладает конкретным обликом, он постоянно паразитирует в ком-то. Паразитирование и есть его жизнь, его деятельность. Метеоритный человек может вселиться в камень, в дерево, в птицу, собаку и в человека. Поняв, что на Земле выгоднее всего вселяться в людей, метеоритные люди изменяют сознание большинства людей в соответствии со своими задачами и в конце концов тихо и спокойно завоевывают Землю.

В общем, с помощью этих установок я хотел попробовать описать процесс отравления человеческого сознания метеоритным человеком. В конце концов, мне пришлось поменять свой замысел, так как нерентабельно написать один роман в обмен на здравый рассудок, но эта мысль (навязчивая идея) три года бродила в моем мозгу и в измененной форме нашла свое воплощение в двух пьесах – «Урариум» и «Луна» и нескольких рассказах цикла «Неопознанный объект слежки», рассказах «Дельфин в пустыне», «Иудейский молокосос» и др.

Прошедший сквозь различные перипетии «Повелитель снов» сегодня представлен вниманию читателей, и образ повелителя снов – человека, который свободно перемещается по снам других людей, возник из идеи метеоритного человека. Если задуматься, то я с детских лет был глубоко связан с миром снов. В пятом классе школы я осознал, что родился для того, чтобы видеть сны, и после этого сны стали проникать в мою повседневную жизнь. В средних классах под влиянием Фрейда, Юнга, Тосио Симао и Ясутака Цуцуй я даже стал считать, что сны создают основу моего мышления. Когда я учился в старшей школе, мой репетитор, который хотел стать психиатром, посоветовал мне вести дневник снов, и в течение семи лет я аккуратно записывал увиденное во сне. Теперь я думаю, что это, несомненно, научило меня писать. Честно говоря, идея метеоритного человека три года назад пришла ко мне во сне.

Я начал писать первую книгу «Повелителя снов» два года назад. Как раз когда произошел большой обвал на рынке акций. Через полгода, чтобы сосредоточиться на романе, я переехал в Нью-Йорк, где провел год. Вторую книгу и большую часть третьей я написал за обеденным столом квартиры на 15-й авеню западного Манхэттена. За это время скончался император эпохи Сева, и пришла эпоха всему стать гладким. Я не забуду скучных и странных высказываний, имевших место в Японии в то время. Мнения рождаются из столкновения культурных, религиозных и национальных противоположностей. Там, где противоположности (различия) стерты, возникают исключительно неестественные мнения. Сочувствие близких не порождает ничего, кроме равнодушия.