Ональд поднял руку, словно пытаясь задержать его, потом посмотрел на Джерри-а-Конеля, — Я ничего не понял из его ответа. — Корум победил Гейнора, — устало сказал вечный странник. — Варвары лишились главнокомандующего. Но численность их осталась прежней, и Собака и Медведь по-прежнему им помогают. — Он невесело засмеялся. — Вот и все новости, король Ональд.

Ралина молча смотрела вслед Коруму, который шел с низко опущенной головой, едва волоча ноги.

Король Ональд вздохнул.

— Пойду отдам распоряжения. Надо подготовиться к штурму. Думаю, они пойдут на приступ города рано утром.

— И я так думаю, — рассеянно согласилась Ралина. Ей очень хотелось пойти к Коруму, но она подавила в себе это желание.

На заре армия короля Лир-а-Брода, войско из Бро-ан-Мабдена, а также отряды Собаки и Медведя сомкнули кольцо вокруг Хельвиг-нан-Вейка.

Защитники города стояли на низких крепостных стенах. Варвары не взяли с собой осадных орудий, полагаясь на военное искусство принца Гейнора, который помог им захватить не один город. Но их было слишком много. Нескончаемые потоки пехоты, кавалерии, повозок хлынули к столице Лайвм-ан-Эша.

Корум отдохнул несколько часов, но заснуть ему не удалось. Лицо Гейнора все время стояло у него перед глазами. Вадагский принц попытался вспомнить о своей ненависти к Гландит-а-Краю и вгляделся в море голов, чтобы найти вождя денледисси, но того нигде не было видно. Может, он все еще охотился за Корумом в окрестностях замка Мойдель?

Король Лир красовался на белом скакуне, держа в руках знамя своей армии.

Рядом с ним на низкорослой лошадке сидел горбатый король Бро-ан-Мабдена, Кронекин-а-Дрок. Он был полуидиотом, и в народе его прозвали «Маленькой Жабой».

Варвары маршировали не в ногу, часто ломая ряды, и Лир-а-Брод нервно на них посматривал: видимо, он не умел командовать такими большими силами.

Затем король Лир высоко поднял железный меч, и в ту же секунду всадники выпустили по Хельвигу тысячи зажженных стрел. В городе загорелся сухой кустарник, который долгое время не поливали.

Король Ональд слышал о судьбе осажденных городов и приготовился к подобной атаке. Жители Хельвига, в течение нескольких дней собиравшие мочу в большие сосуды, затушили пожар.

Громко крича, варвары подскакали к стенам города. Отряды Собаки и Медведя остались в резерве.

Корум безразлично смотрел на разворачивающееся сражение. Запыхавшийся мабден с факелом в одной руке и мечом в другой вскарабкался на стену, и вадагский принц нехотя проткнул его шпагой.

Все утро Корум дрался на стенах, отражая атаку за атакой, но мысли его были далеко. Рядом с ним бились Ралина, Джерри и Белдан. Но защитники города практически не отдыхали, а у короля Лира хватило ума посылать на штурм все новых и новых воинов.

Корум сражался машинально, не совсем понимая, что он делает. Кольчуга его была порвана в нескольких местах, из неглубоких ран шла кровь, но он и этого не замечал.

Дым поднимался над Хельвиг-нан-Вейком. Кровь хлестала ручьями. Содержимое вспоротых животов перепачкало стены. Повсюду валялось сломанное оружие, трупы лежали штабелями, за которыми защитники города сражались, как за баррикадами.

Внизу варвары пытались сломать ворота, орудуя наспех срубленными стволами деревьев, но обитые железом створки пока что не поддавались.

Продолжая находиться в какой-то прострации, Корум подумал, что его поединок с принцем Гейнором не был бессмысленным. Если бы эмиссар королевы Ксиомбарг командовал сейчас войском варваров, от Хельвиг-нан-Вейка не осталось бы камня на камне.

Долго ли смогут они продержаться? Когда лорд Аркин достанет необходимые Небесному Городу элементы? Жив ли еще принц Юретт?

Корум хмуро улыбнулся. Повелительница Мечей наверняка уже знала, что он победил Гейнора.