— Ритуал опять отнимет у меня год жизни. Гландит выхватил из-за пояса кинжал, приставил его к горлу надрага.

— Вызывай, скотина!

— Слушаю и повинуюсь, повелитель.

— Шаркающей походкой Эртиль подошел к клетке, достал из нее обезьянку.

Животное заверещало от страха и неожиданно прижалось к нему, словно прося защиты. Колдун дрожал всем телом, негромко постанывал. Взяв со стола невысокий крест, он установил его а углублении у стены. Гландит нетерпеливо мерил комнату шагами.

Эртиль достал гвозди и молоток, дал обезьянке понюхать какое-то снадооье.

Когда она немного успокоилась, колдун, белый, как мел, распял ее на кресте.

Животное верещало, не умолкая; из ее маленьких ручек и ножек текла кровь.

У Базилия, наблюдавшего за варварским ритуалом, сузились глаза, поднялась шерстка на загривке, кончик хвоста нервно задергался из стороны в сторону. Но кот не двинулся с места.

— Пошевеливайся, вонючий шефанго! — нетерпеливо вскричал Гландит. — Если будешь мешкать, я подыщу себе другого колдуна!

— Где его взять, — невнятно пробормотал Эртиль.

— Заткнись! Делай свое дело!

Лицо Гландита перекосилось от злобы. К его великому сожалению Эртиль говорил правду. После поражения при Лайвм-ан-Эше на земле почти не осталось черных магов; к тому же мабденов боялись сейчас только надраги, да и то по привычке.

Зубы обезьянки дробно стучали, глаза закатились. Эртиль поставил вокруг креста девять чаш, поджег благовония в каждой из них. Затем он докрасна накалил на жаровне железный прут и начертил им какой-то знак на теле животного. Купол заполнился желто-зеленым дымом. Гландит закашлялся, прикрыл рот платком, сделал шаг назад.

— Йиркан, Йиркан, Азель Асан. Йиркан, Йиркан, Наза Фазал… — напевно тянул Эртиль, держа в одной руке лист пергамента, а в другой — свое орудие пыток, которым он дотрагивался до обезьянки после каждой фразы. Животное билось в мучительной агонии. — Йиркан, Йиркан, Мазель Фарам. Йиркан, Йиркан, Раларс Оли… — Дым сгустился, и кот Базилий и как он ни вглядывался, ничего не увидел сквозь него. — Йиркан, Йиркан, Сениль Нордит…

Послышался отдаленный шум — так бормочет прибой в морской раковине, если приложить ее к уху. Порыв ветра рассеял дым. Вместо обезьянки на кресте висело другое существо, очень на нее похожее, но с вадагскими чертами лица, искаженными злобой.

— Ты вновь вызвал меня, Эртиль, — сказало существо обычным человеческим голосом, почти не разжимая крошечных губ.

— Йиркан! Нам нужна помощь твоего властелина, короля Мабельрода…

— Опять клянчишь? — насмешливо спросил демон. — Сколько можно!

— Ты ведь знаешь, мы — верные его слуги. Только благодаря нам ты появляешься на этих измерениях.

— Что с того? Почему ты решил, что моего властелина они интересуют?

— Потому что он желает восстановить на них власть Повелителей Мечей, и тебе известно об этом не хуже, чем нам. И король Мабельрод ненавидит Корума, который погубил его брата, Ариоха, и его сестру Ксиомбарг.

Распятый демон пожал плечами.

— Чего же ты хочешь? Гландит-а-Край вышел вперед.

— Дело не в том, чего хочет этот идиот, а в том, чего хочу я! Мне нужны силы, большие силы, чтобы уничтожить Корума, победить Закон. Я требую, чтобы ты сделал меня могущественным, демон!

— Разве мало я тебе помогал? Благодаря Облаку Раздора вадаги и люди убивают друг друга, а ты все еще недоволен.

— Скажи, Корум жив?

— Понятия не имею. Хаос не знает, что происходит на измерениях, подвластных Закону.