— Возможно, что-нибудь обнаружу, когда вернусь домой.

— На это я и надеюсь. Пэриш подъедет к тебе чуть позже. Он особо хочет осмотреть то место, где видели мотоциклиста.

— Но у него сегодня свободный день, он и так отработал две смены, — возразила Элис.

— Да, но он считает это своим долгом, а когда есть дело, то не обращает внимания на переработку.

Элис согласно кивнула.

— Мне понадобится несколько дней. Шериф улыбнулся.

— Не волнуйся, все в порядке. Тебя уже сняли с расписания. Отработаешь, когда у Билла появится наследник.

Элис чуть не рассмеялась. Билл Тесипл был первым в истории округа Конард. помощником шерифа, потребовавшим отпуск по поводу отцовства. Роджер предоставил его без промедления.

— Я собираюсь сообщить Джефри о случившемся с дедом, — сказала вдруг Элис.

— Он все еще молчит. Самый замкнутый парнишка, которого я когда-либо знал.

— Чертовски плохо, — раздраженно отозвалась Элис. — Пусть молчит, но, видит Бог, он должен выслушать меня.

Тэт и Алан наблюдали, как она поднимается на второй этаж, где находились тюремные камеры.

— Она всегда была терпелива с парнишкой, — заметил Тэт. — Ей следовало бы выкинуть его пинками из дому еще года два назад. — Он взглянул на Алана. — Чтобы ты знал, я провел предварительную проверку по поводу тебя. Одно уголовное преступление в шестнадцатилетнем возрасте и пара наказаний за драки в барах меня не КОЛЫШЕТ, — продолжил Натан. — В округе у меня есть типы, куда более провинившиеся в юности, но ставшие достойными гражданами.

Алан кивнул, ожидая, что будет сказано дальше.

— Но все равно ты меня беспокоишь, сынок. Что-то мне в тебе не нравится, и я чувствую, что ты приехал сюда не просто провести отпуск. Так что я буду и дальше приглядывать за тобой.

Алан отвернулся к окну. Прошлой осенью на семидесятом этаже у них произошел несчастный случай. Упал его партнер Хейл. Они были не просто партнеры, они были как братья. Алан тяжело переживал его смерть, ему казалось, что сердце его не выдержит. С карьерой высотника пришлось завязать. Он вернулся на ранчо дяди, предоставившего ему «убежище», разгребал навоз конюшен, ухаживал за лошадьми, стараясь притупить свою боль. От дяди он и узнал о существовании своего родного брата.

* * *

Джефри рос нормальным ребенком. Учителя постоянно хвалили его за ум и творческую жилку. Поначалу его шалости были типичными для его возраста. Но чем старше он становился, тем все больше возникало с ним проблем. Кончилось тем, что его исключили из школы. Теперь он постоянно сталкивался с законом, его задерживали, предупреждали и до поры до времени отпускали. Элис, естественно, была в курсе, но, к сожалению, ничего уже не могла сделать.

И вот теперь угон машины и тюрьма. Уголовное наказание. И никаких признаков раскаяния. Когда Элис вошла, Джефри даже не отреагировал на нее.

— О'кей, — ее голос дрожал от злости. — Можешь не смотреть на меня, но выслушай. Кто-то вломился в дом и страшно избил деда. У него проломлен череп и сломаны ребра. Он находится в палате интенсивной терапии, врачи надеются, что он выкарабкается. Никакой реакции.

— Джефри, — она постаралась говорить ровным голосом, — ты случайно не знаешь, кто мог вломиться в дом?

Опять никакого ответа. Элис подождала еще, чувствуя, как ее охватывает отчаяние. Пусть сидит и гниет тут.

Она уже взялась за ручку тяжелой стальной двери, когда он позвал ее:

— Элис, скажи ему, что я люблю его.