Вещи должны легко приходить и легко уходить – так учил папа. Поэтому Асин не просила оставить их, даже если очень хотела. Впрочем, бывали исключения, кое-что папа щедро разрешал забрать. Так в комнате Асин появилась шаль, цветочная вода с едва уловимым запахом свежего утра, несколько платьев и светильник. И та самая механическая птичка из детства.

Взяв стаканчик, скорее похожий на наперсток – белый, гладкий, украшенный синими ягодами, – Вальдекриз плеснул туда масла.

– Эй, Ханна, ты о чем там задумалась? – Он щелкнул белыми от муки пальцами перед ее лицом, и она крепко зажмурилась.

– Асин, – выпалила она. – Меня зовут Асин. Почему ты… зовешь меня Ханной? – добавила она чуть тише.

Первое имя Вальдекриз узнал при знакомстве и использовал, если хотел в очередной раз над ней подшутить. Почему его внезапно заменило второе? Ведь если она – перо, то он – ветер, увлекающий ее за собой. Никогда раньше ей не было так тяжело слышать свое второе имя; оно будто подтверждало, что сейчас Асин ввяжется в какое-то пугающее приключение, оставив внизу мелко исписанного листа свою волнистую подпись. Вальдекриз так и будет тянуть ее за собой, как тянул в каждый полет. Казалось бы, так скорее прошел испытательный срок Асин, когда она могла только спускаться на острова и наблюдать – хотя даже это делала старательно. Но ни одно из решений не принадлежало ей: время и место всегда назначал Вальдекриз, а она лишь кивала, не решаясь возразить.

– Знаешь, в чем разница между первым и вторым именем, булка? – Он прищурился.

– В том, что второе несет смысл? – предположила Асин, заранее вжав голову в плечи и подняв брови.

– В том, что первое – для самых близких. Его дают тебе отец и мать. А второе… конечно, это лишь поверье, но именно оно позволяет делить людей на своих и чужих. Неужели ты хочешь, чтобы я звал тебя так же, как отец?

Слова терялись в шуме посуды. Асин щурилась и напряженно ловила каждое. Распрямившись и повернувшись к ней лицом, Вальдекриз с важным видом поднял погнутую алюминиевую ложку, быстро выровнял об стол, обтер о рубашку и вонзил в тесто. Асин все не решалась ответить. Слово «нет» ножом рассекло бы воздух, и ей самой стало бы страшно от такого, пусть и не грозного, но крайне неприятного оружия. Впрочем, скорее всего, Вальдекриз и так все прекрасно понимал, а потому кивнул – ее молчаливый отказ едва ли задел его.

– А что до тебя?

– А что до меня? – удивился Вальдекриз. – Хочешь узнать мое второе имя? Маленькая хитрая бу-улка, – протянул он и улыбнулся.

Асин как-то уж слишком бестолково закивала.

– Давным-давно я отказался от него. Просто взял и решил носить первое.