Лесорубам требовались быстрота и ловкость антилопы, ибо упавший в эти бешеные жернова тут же становился покойником.

Сильвер Джек, десятник компании «Робертс ламбер», любил хвастать:

– Я могу кинуть в воду кусок мыла и переправиться на берег по пузырькам.

Багор для сплавщика был тем же, что топор для лесоруба. Длинный шест с острием на конце и стальным наклонным крючком, ходившим вверх-вниз на металлическом фланце, работал по тому же принципу, что и щипцы рубщиков льда. С помощью этого приспособления работники тянули и перекатывали бревна в воде. Кроме того, багор служил им опорой, помогая удерживать равновесие. Потерять свой багор считалось позором для сплавщика. Стоимость утерянного инструмента вычиталась из его заработка.

Весенний сплав планировался с тщательностью и точностью боевой операции. На протяжении многих миль вдоль берега, в поворотных точках реки, выставлялись посты. Сплавщики, стоявшие на этих постах, должны были отгонять прибившиеся к берегу бревна и предотвращать заторы. За лесосплавом кочевал весь лагерь лесорубов. Палатки, котелки, еда, инвентарь и прочие вещи свозились к намеченным стоянкам в больших, пестро раскрашенных фургонах, запряженных десятком лошадей. Когда эти фургоны проезжали по городку, местные жители встречали их с таким ликованием, будто это был цирковой кортеж.

– Они скоро обогнут излучину! – радостно крикнул маленький мальчик, стоявший на берегу рядом со стоянкой Робертса.

Ребята постарше, более искушенные в делах лесосплава, хранили молчание, внимательно прислушиваясь к малейшим оттенкам шума, долетавшего с реки. Некоторые места на реке, такие как ближайшая излучина, представляли наибольшую трудность для сплавщиков. Камни, отмели и другие препятствия могли создать затор на сплаве, что и случилось в этот раз.

Первым признаком был перебой в монотонном гуле, который создавали бревна, свободно плывущие по течению. Раздался страшный грохот, вслед за тем – деревянный скрежет, визг и треск. Нагромождение росло, и уровень воды падал с поразительной быстротой: река отступала перед запрудой из бревен.

На десять миль вверх по течению бревна перегородили крутую, узкую излучину реки. Вода все сильнее напирала на огромную массу древесины, треск и рев нарастали, превращаясь в жуткую какофонию звуков. Толстые бревна раскалывались пополам, словно хрупкие прутики. В одном месте сосновые стволы торчали из воды подобно гигантским пальцам, указующим на небо.

Перекрывая шум, Сильвер Джек крикнул работникам своей бригады:

– И вы называете себя сплавщиками? Дерьмо собачье! Да вы не годитесь даже в танцоры! Будь у меня время, я бы хорошенько надрал вам задницы!

Он схватил багор и с ловкостью воздушного гимнаста начал пробираться через затор.

– А ну за мной, бездельники! Надо найти главное бревно.

Главное бревно держит затор на лесосплаве подобно тому, как замковый камень держит арку. Если его убрать, все остальные бревна сразу развалятся, и затор будет устранен. С ворчанием и проклятиями лесорубы побежали по бревнам, тыча баграми в подозрительные стволы.

После получаса безуспешных поисков Джек вытер пот со лба и сказал:

– Черт возьми! Где же это проклятое бревно, Пиг?

– Сейчас бы не помешал глоток твоего крепкого тоника, Джек.

– Найди мне главное бревно, и я куплю тебе целый ящик тоника!

Тут посредине реки возникла какая-то суматоха. Лесорубы собрались толпой вокруг знакомой стройной фигурки. Джек с Пигом устремились туда по мосту из бревен.

– Проклятие! – выругался Джек, узнав Доун, которая и была центром всеобщего внимания. – Какого черта она здесь делает?

Когда он подошел, Доун усмехнулась:

– Не злись, Джек! Кажется, я нашла ключевое бревно.

Джек был непреклонен.