Она влюбилась в этот чудесный домик с первого взгляда, несмотря на заросшую лужайку и обшарпанные стены. Внутри он также нуждался в косметическом ремонте. Но это ее не смутило. Не напугали ее ни старая сантехника, ни треснувший паркет, ни отваливающаяся лепнина, ни прочие недостатки.

Ее подкупили большие окна, через которые в дом всегда проникал свет. Это было важно — ведь она так любила читать. К тому же она сразу почувствовала, что этот дом должен принадлежать ей. В тридцатых годах двадцатого века такие дома были пределом мечтаний для польских, чешских, ирландских и итальянских семей, мигрировавших в Америку. Теперь этот дом стал мечтой Хлои.

Были, конечно, более существенные недостатки, чем потрескавшийся линолеум в прихожей. Многие жаловались, что однотипные кирпичные домики портят вид улиц своей одинаковостью, что комнатки в таких домах слишком маленькие. Однако существовало и общество в защиту этих домиков, активным членом которого стала и Хлоя.

Нужно было переклеить обои, заменить линолеум, некоторую сантехнику. Она не могла сделать все сразу — небольшая зарплата библиотекаря этого не позволяла. Но постепенно удавалось что-то переделывать, в чем ей помогали Линн и ее муж. Однако большинство работ все же сделала она сама: содрала со стен в гостиной противную томно-зеленую краску и восстановила натуральное дерево, сломала встроенные стенные шкафы на кухне, устроила распродажу для соседей и таким образом избавилась от ненужного хлама.

В доме царил идеальный порядок. Каждая вещь имела свое место. Возможно, чрезмерная любовь к порядку объяснялась беспорядком в ее личной жизни.

Ее тетя Джэнис быстро дала девочке понять, что не потерпит беспорядка в своем доме, и научила ее жить по расписанию. У нее же Хлоя научилась контролировать свои эмоции. Брэд был исключением, ошибкой, которую она больше ни за что не повторит.

Она вернулась к своим мыслям о доме. Уже сделан ремонт в гостиной и спальне. Осталась кухня. В Интернете она нашла информацию о том, что в одном магазине скоро будет большая распродажа товаров для дома. Она сможет купить новую сантехнику, мебель и необходимые мелочи.

Услышав шорох за дверью, Хлоя поднялась. Должно быть, принесли газету. Она была еще в футболке, открывать дверь настежь было бы не очень прилично, поэтому она слегка приоткрыла дверь, присела на корточки и просунула руку, чтобы взять газету. Вместо газеты она нащупала чью-то руку, вскрикнула и упала, больно ударившись бедром о тумбочку.

— Ты в порядке? — спросил Стив, входя на кухню.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Хлоя, судорожно натягивая футболку на бедра. — И, кстати, я не предлагала тебе войти.

— Я хотел убедиться, что ты в порядке.

— Я была в порядке, пока ты не схватил меня за руку, — резко ответила Хлоя, взяла со стула халат и завернулась в него.

Стив пожал плечами:

— Мне показалось, это ты тянулась к моей руке.

— Я тянулась к своей газете, — отрезала Хлоя. — Так что ты здесь делаешь?

— Я пришел поговорить с тобой, — уже серьезно сказал Стив.

— О чем?

— О том маскараде, что ты вчера устроила.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — невозмутимо ответила Хлоя, кутаясь в халат, как королева Виктория — в королевскую мантию.

— Нет, ты понимаешь! Зачем ты оделась как старушка библиотекарша?

— Потому что я и есть библиотекарша. Разве ты не этого ожидал? Ты видел меня вчера на работе…

— Я также видел тебя вчера ночью у холодильника. И я вижу тебя сейчас. И ты выглядишь совершенно по-другому.

— Это был костюм для театрального вечера, — пыталась оправдаться Хлоя.